Не дружи со мной

 – Сейчас распишусь в журнале, закрою окна, проверю проводку… Ты со мной?

Свой вопрос он уже выкрикнул из домика.

– Ага! – проговорила я, поднимаясь следом. Флаер зачем-то оставила на скамейке. Чтобы его не унес ветер, поспешно бросила сверху свою тяжелую сумку. Забежала в домик и тут же уткнулась носом в грудь Пашки, едва не отлетев назад. Долгих вовремя подхватил меня за талию.

– А я пошел за тобой, – проговорил негромко Паша, продолжая обнимать меня.

– А я к тебе пошла, – так же тихо ответила я. В домике царил полумрак, доносился шум волн, а еще я отчетливо слышала грохот сердца, только не могла понять, мое или Пашино так громко и отчаянно стучит.

– Скажи, пожалуйста, – начал Паша, – между тобой и Буравиным точно ничего не было?

Я замотала головой. И, как мне показалось, Паша выдохнул с облегчением.

– Он тебе не нравится? – спросила я.

– Не в этом дело, – начал Паша, – мне ты…

Снаружи что-то громко стукнуло.

– Кто там? – почему-то испугалась я.

– Чайка? – выдвинул версию Паша.

– У меня там сумка! – ахнула я. – В ней телефон, ключи от дома, документы…

– Ковале-е-ева! – сердито протянул Долгих, выпуская меня из объятий.

Я выскочила на улицу и тут же бросилась к скамейке. Сумка была на месте.

– Не пропало твое добро? – насмешливо поинтересовался Пашка, оставшись стоять в проходе. Натянув на голову капюшон толстовки и скрестив руки на груди, он с интересом наблюдал за мной.

– Не пропало, – кивнула я, схватив со скамейки сумку. Оглядела в сумерках безлюдный пляж и затоптанный сухой песок. – А вот флаер исчез!

– Может, ветром унесло? – предположил Паша.

Я продолжала осматривать территорию вокруг скамейки.

– Черт его знает… Вроде не должно было.

– Кому-то приспичило потусоваться на чужой закрытой вечеринке, – пожал плечами Долгих.

– И нужно было красть мой флаер? – сердилась я.

– Не беспокойся, искупаешься в бассейне Шацких. У меня ведь плюс один.

– При чем тут это? – продолжала негодовать я. – Просто это свинство! Воровство. Слышите? Это воровство! – выкрикнула я последнюю фразу. В ответ на мое возмущение только чайки заверещали над головой. И еще жутко зашевелились кусты неподалеку.

– Брось, твой флаер наверняка сдуло в море, – успокоил меня Паша, доставая из кармана шорт ключи от домика. – Тебя проводить?

– Да, пожалуй, – согласно кивнула я, снова озираясь по сторонам. Кажется, я превращаюсь в параноика.

Пашка, заперев дом, подошел ко мне, взял за руку и повел по пустому пляжу. Шагали мы молча под шум накатывающих к берегу волн.

– Скажи, – начала я, – как долго и много Буравин болтал о нас с ним всякие глупости?

– При мне – совсем чуть-чуть, – ответил Паша.

– Надеюсь, без каких-либо грязных подробностей? – насупилась я.