Не дружи со мной

Черное, сонное, спокойное… А вода на вид – как густой кисель. Волны с мерным шорохом лизали песчаный берег.

– Да уж, такую красоту с любимой девушкой бы лицезреть, – язвительно сказала я, косясь на Пашу. Шацкая ведь так и не пришла. По крайней мере, я ее не видела.

– Или с любимым парнем, – согласно кивнул Паша, посмотрев на меня.

– Ты, что ли, себе парня завести хочешь? – захохотала я.

– Кто из нас еще дурной, – проворчал Пашка.

Я вспомнила тот холодный взгляд, которым одарил нас с Германом Долгих в клубе, и нарочно как можно мечтательнее проговорила:

– И где мой любимый Буравин?

– Хочешь, буду вместо него? – предложил Паша. Затем придвинулся ближе ко мне, положил ладонь на колено и проговорил: – Люблю тебя, телепузик!

– Карапузик, – поправила я, накрыв кисть Долгих своей ладонью. – Герман называет меня карапузом.

– Как мило, – хмыкнул Паша.

– А я тогда буду Ушацкой! – сообщила я. Погладила Пашу по гладко выбритой щеке и звонко продекламировала: – Па-де-де, фуэте, жете…

– С ума сошла? – удивился Долгих. – Это на каком языке? Уля так не разговаривает.

– Прости, это все, что я знаю из балета, – проговорила я. – Не сильна в теории.

– А в практике? – улыбнувшись, спросил Пашка.

– На что ты намекаешь? – насторожилась я.

До пустого пляжа доносилась ритмичная музыка из клуба, откуда мы только что ушли. Долгих убрал руку с моего колена, вскочил на шезлонг.

– Па-па-де? – переспросил он, забавно пританцовывая.

– Па-де-де! – поправила я, продолжая сидеть на месте и глядя на Пашу снизу вверх. – А можно такой нескромный вопрос: что ты делаешь?

– Танцую.

– Со стороны ты выглядишь странно, – призналась я.

– Присоединишься ко мне?

– И глупо!

– Фуэте, жете…

Я, вздохнув, тоже полезла на шезлонг.

– Двигайся, балерун, покажу тебе мастер-класс.

То, что мы исполняли, было мало похоже на балет. Просто дурачились и скакали по шезлонгу насколько позволяло пространство. Нахохотавшись над Долгих, я резко остановилась и прислушалась."

"– Ты чего? – удивился Паша, вовремя схватив меня за руки, потому что в тот момент я едва не оступилась и не навернулась с лежака.

– Странное чувство, будто за нами наблюдают.

– Кто? – почему-то шепотом спросил Паша, оглядывая пустой темный пляж.

– Кабы знать, – пробормотала я, поежившись.

– Это как-то связано с тем, что мы караулили кого-то у гаражей?

– Понятия не имею, – честно сказала я, – это было так давно, да еще и за тысячу километров отсюда…

Я интуитивно подняла голову и посмотрела на балкон клуба, на котором сама недавно стояла. Сейчас на нем никого не было.

– Проводишь меня до дома? – спросила я, первой спрыгивая с шезлонга. – Что-то мне неуютно.

– Я бы тебя в любом случае проводил, – проговорил Паша, следуя за мной.