Снова и снова

Я уже вскакиваю, как солдат.

И понеслось. Вчерашнее утро словно повторяется. День сурка, чтоб его! Но после прохладного душа я мигом прихожу в себя. Произвольная программа. Четыре минуты на льду перед судьями и всей страной. Сегодня на мне огромная ответственность.

В раздевалке с трясущимися руками надеваю костюм. Вся композиция легкая и нежная. Меня красит сама Устинова. Потому что у самой у меня не выйдет.

— Прекрати трястись, воробышек, — командует она, заканчивая наносить блеск на губы.

— Не могу, — смотрюсь в зеркало и начинаю шнуровать коньки.

— А придется, — подмигивает мне она глазом и оставляет одну. «Вдох-выдох, Женя», — мысленно настраиваю себя. Главное, помнить: наградой мне будет не только медаль.

Спустя длительное ожидание и желание заглянуть в турнирную таблицу, что мне категорически запрещает Устинова, я, наконец, оказываюсь на льду. Внутри полная гармония с собой. В сердце тишина и покой.

Продержаться четыре минуты. Эта программа не так агрессивна, как короткая. Она летящая и нежная. И как только начинает звучать музыка, начинаю скользить по льду. Но мысли у меня уже не о программе. А о Дёмине. Выполняя фигуры, я словно смотрю кадры за прошедшие полгода. Когда была одна, барахтаясь в водовороте жизни, пока не появляется Кир. Как лучик света. Он, моя поддержка и опора, врывается ураганом в мою жизнь и сердце.

Дорожка шагов с разворотами.

Мгновение, и спустя долгих шесть лет с последней встречи я вижу его голубые глаза.

Горячие губы и смелые ласки. Его руки, откровенно изучающие мое тело миллиметр за миллиметром.

Разбег и тройной тулуп.

И наше совместное падение в омут страсти.

Идеально. Я не качусь, я лечу. Полная невесомость в душе и счастье в сердце. Каждый элемент дается легко, как прикосновение рук любимого к моему телу, увлекая с головой настолько, что в какой-то момент я ощущаю его рядом. Его взгляд на мне, его улыбку для меня. Он так близко, что хочется остановиться и разглядеть его в толпе, сидящей на трибуне, но из последних сил давлю в себе это желание.

Последний прыжок, который завершается так же четко, как и предыдущие, и концовка. Это финиш, Женя!

Музыка замолкает, а трибуны взрываются аплодисментами. Меня сметает волной общего ликования, и я слышу, как по залу прокатывается мое имя, звучащее из уст тысячи зрителей. На лед летят игрушки, цветы, а слезы счастья без остановки катятся по моим щекам. Сердце выскакивает из груди, а в голове остается единственная мысль: «Я сделала это».

Выкатываюсь со льда, прижимая всунутый мне в руки букет и реву. Улыбаюсь и плавлю лед своими горячими слезами. Ольга Павловна сжимает меня в своих крепких объятиях и плачет вместе со мной, гладит по спине, по голове, тихо причитая.

— Умница, девочка! Горжусь тобой, — слышу сквозь всхлипы.