Снова и снова

Сердце, кажется, биться перестало, когда заиграла музыка и моя Женя «поплыла» по идеальной глади катка.

Я видел эту программу сотни раз и каждый раз стоял, как зачарованный, наблюдая за плавными, изящными движениями ее нежных рук, рассматривая стройные изгибы ее невероятного тела, которого мне уже почти месяц как не хватает. Я ничего не понимаю во всех этих прыжках и скачках, но она крута. Моя девочка — большая умница, откатала почти три минуты без единой «промашки», идеально выполнив все эти высоченные прыжки с разворотами, и шикарно завершила свою программу вращением.

И только когда публика взрывается аплодисментами, а комментаторы наперебой твердят, что это одно из лучших выступлений за сегодняшний вечер, я выдыхаю и улыбаюсь, как дурак, глядя в экран.

После моего выступления за Сборную России, сидя в кафе, Женя сказала мне, что гордится мной. Теперь же, я смотрю на ее довольное раскрасневшееся личико, выхваченное крупным планом одной из камер, и чувство гордости переполняет меня. Моя девочка самая крутая и самая лучшая!

Дни понеслись, как сумасшедшие, с начала года. Через две недели отборочные, и вот-вот станет известен ответ на заявку. Усердные тренировки выматывают так, что дома только до кровати и спать.

Кирилл пишет редко, словно боится мне надоесть. Обходимся дежурными фразами: привет-пока и как дела. И все это в сообщениях. Боюсь услышать его голос. Но практически каждый раз порываюсь ему позвонить и в самый последний момент одергиваю себя и ругаю за слабость. А иногда просто боюсь понять, что забыла его голос. И меня пробирает озноб от этого страха не узнать его.

На отборочные собираемся в столицу. У меня реальный мандраж, что говорить о тренере! Хоть она и держится стойко и подбадривает меня, боюсь, она тоже сильно переживает.

— Жень, ты главное, не нервничай. Все будет хорошо, — успокаивает меня, пока мы едем в автобусе.

— Оль Пална, я постараюсь выложиться на полную. Мы ведь с вами все отработали. Я уверена, что справлюсь, — похоже, больше я ее успокаивала.

А по приезде в Москву меня словно выключили. Я абсолютно ничего не помню. Ни как заселились в гостиницу, ни тренировку перед прокатом. Ни само выступление. Я не помню абсолютно ничего. Лишь только радостные возгласы Устиновой: мы прошли, мы прошли!

А включилась я в постели ночью, когда зазвонил мой телефон. Видео-звонок.

Мое сердце тут же пустилось отплясывать румбу. Включила ночник, укуталась одеялом и, опершись о подушку, нажимаю на зеленую трубку.

— Привет, — на экране мобильного показался Кир. В футболке, что так рельефно облепляет каждый мускул на его красивом теле. Беспорядок на голове, который постоянно хочется поправить.

— Привет, — стараюсь сдерживать улыбку, чтобы не казаться безумной.

— Я смотрел прямую трансляцию.