Снова и снова

Думаю, я одна, девочка наша там одна, зачем скучать будем? Вместе веселее. Представь, сынок любимый, каково было мое удивление, когда Женя мне сказала, что вы не вместе?! Кирилл! Как ты мог упустить такую девочку?! Почему ты не сказал Евгении о НХЛ? Что ты творишь? Да она же любит тебя безумно, а ты вот так! Огромный лоб вымахал, думала, мужчина настоящий, ответственность на себя взять готов! А ты что?!

Ух, так мать не кричала на меня со времен старших классов школы. Чувствую себя нашкодившим пацаном.

— Мам, я знаю. Поверь, я уже тысячу раз пожалел, что не повел себя иначе. Но не переживай, я все исправлю, — так и подмывает сказать ей. Но пока нельзя. Пока я не буду уверен, что девушка меня «услышит», знать о моей задумке никто не должен.

— Как, сынок? Ты далеко, а Женя наша тут одна. Нельзя ее потерять, сынок, больше такую девушку ты не найдешь.

— Я знаю, мамуль, но не переживай. Я все уже решил.

— Что значит, решил? — слышу по надломленному голосу в трубке, что мать плачет, разрывая остатки потрепанного сердца на мелкие кусочки. — Кирюш, ты извини, что я так с тобой строго и грубо, но, правда, желаю тебе только счастья, сынок. Ой… — всхлипывает родная женщина, — расклеилась совсем. Что ты, что отец — полны сюрпризов, мое сердце когда-нибудь не выдержит. Будете знать!

— Мамуль, перестань, слышишь? Я люблю ее безумно, с ума схожу здесь без нее. Сделаю все возможное и невозможное. Обещаю.

— Смотри мне, сынок…

Я уже привыкаю к раннему утру в этом доме. И мой телефон сейчас совершенно не при чем. Нет, это не будильник, а громко играющее радио на кухне. Двадцать первый век, радио в доме? Именно! Ольга Павловна из тех людей, что до мозга костей — воспитанники СССР. Вообще она женщина продвинутая, когда того хочет, но всей душой эту «продвинутость» отрицает.

— Женечка, — стучит в дверь моей спальни хозяйка квартиры. — Просыпайся, девочка, сегодня важный день!

— Боже мой, — выдыхаю я, тихонько бубню себе под нос и прячу голову под подушку. Такое ощущение, что у Ольги Павловны цель — ни секунды не давать мне времени на размышления. И у нее это здорово получается. Иногда хочется ее расцеловать за это, а иногда…

День действительно важный. На повестке много дел, которые нужно успеть до вечера.

Завтракаю на скорую руку и стараюсь сбежать подальше от внимания Устиновой, которая в предвкушении праздничной ночи уже «накидала» целое огромное меню. Куда сбежать? Да все туда же — на Арену. Хоть и тридцать первое декабря, а пару часов на тренировку у меня есть. Которые в итоге растягивается на пять, и меня подгоняет охранник, причитая, что в такой день нужно быть не со льдом, а с любимыми.

И я с ним полностью согласна, только где же их взять? Все разбежались.

— Женя! — оборачиваюсь, прекрасно понимая, что это Димка.