Сноха

Я чувствую, как бьется сердце Косогорова, слышу его дыхание и уже открываю рот, собираясь признаться, как Вадим опережает меня."

"— Сказал родителям о Кирилле. Они рады. Завтра вечером ждут нас всех в гости. Будем праздновать возвращение блудного сына, — лениво усмехается он, оглаживая мою голову, лежащую у него на плече. — Тебе нечего бояться, Оля. Ты и Роберт под моей защитой.

— Я знаю, — шепчу чуть слышно, — но завтра никуда не хочу идти. Слабость до сих пор накатывает. Да и по Роберту соскучилась ужасно.

— Оставайся, — вздыхает он. — Я сам съезжу. Завтра беру выходной в клинике. Нужно с Игорем посоветоваться, как закрыть это дурацкое уголовное дело. И только после этого мы сможем признать Кира живым.

— А анализ ДНК? — спрашиваю я, все еще надеясь, что Гена Селищев разыграл нас.

— Сделали. Девяносто семь процентов. Это Кирилл, и я безумно счастлив, что мой сын жив, — довольно смеется он и добавляет задумчиво. — Наворотил он проблем вместе с Терезой. Но дело закроем, с наследством уладим… Главное, Кир жив!

— Да, конечно, — шепчу я негромко, боясь выдать себя. — Все можно уладить, пока мы живы.

— Мудрейшая женщина, — хохочет Вадим, переворачивая меня на спину, и снова становится между моими бедрами. В этот раз он движется медленно, слегка лениво. Проводит языком по ключице, целует соски, оставляя на них влажные полоски, а затем слегка дует, снова приводя меня в неистовство.

«Прощай, моя любовь, — мысленно шепчу я, во все глаза смотря на Косогорова. — Прости и прощай!»

Всю ночь я как котенок жмусь к сильному мужчине и просыпаюсь, стоит мне откатиться в сторону и лишиться спасительного тепла. Понимаю, что мешаю Вадиму спать, но ничего поделать с собой не могу.

«Потерпи, завтра уже будешь спать один, — молю про себя. — А мне придется заново привыкать жить без тебя».

Честно говоря, не будь Роберта, я бы не ушла. Переписала бы на Кирилла гребаное наследство Терезы и спокойно бы жила с Вадимом. Но сын в любом случае может стать разменной монетой. Сделаем мы тест или нет.

Чувствую, как к горлу подкатывает тошнота. Кирилл, твою мать! Это же надо так сильно любить деньги! Я отбрасываю прочь все мысли о бывшем муже и еще раз убеждаюсь, что нам с сыном нужно держаться подальше от могущественного клана Косогоровых.

«А если Вадим так радуется возвращению Кирилла, то мне точно нужно бежать!»

Я засыпаю лишь под утро. И просыпаюсь, когда из своей спальни ко мне под бок приходит Роберт.

— Мамочка, давай побесимся, — хитро улыбаясь, предлагает мне сын и уже тянется за подушкой, намереваясь начать бой. А я лежу под покрывалом абсолютно голая и мысленно браню Вадима, не удосужившегося меня разбудить.

— У нас сегодня тайное приключение, — заговорщицки подмигиваю сыну. — Быстро завтракаем и убегаем.