Снежный Тайфун

Можно, конечно, как двадцать лет назад сделали генералы кайзера Вильгельма, сдаться, поднять руки и капитулировать, не дожидаясь, когда враг, сминая истощенные войска, ворвется на территорию Рейха, но для него, Адольфа Гитлера, такой вариант никак не подходит.

Во-первых – его, как вождя нации, просто не поймут свои же. Ведь он обещал бороться с мировым жидобольшевизмом до последней капли крови, так что и слинять в кусты при этом уже не получится. Как там сказал толстый боров Черчилль: «Если между позором и войной вы выберете позор, то тогда вы получите и позор, и войну». В его случае слово «война» можно поменять на слово «поражение», но истина от этого станет не менее непререкаемой. И для всего немецкого народа тоже лучше славная гибель в бою жестоким врагом, чем длительно прозябание под гнетом англосаксонских плутократов и жидобольшевиков. Ворон ворону глаз не выклюет, и поэтому и те, и другие могут спокойно разделить между собой мир, в котором просто не останется места для арийской расы.

Во-вторых – лично для него, Адольфа Гитлера, капитуляция хоть перед Советами, хоть перед их союзниками, хоть перед Британией, будет означать конец личной биографии, а также гибель всех его политических начинаний. Можно будет сказать, что в таком случае жизнь его прошла зря. Оно дело – кончить как неистовый боец, до конца сражавшийся на баррикадах, и совсем другое – капитулировать в тот момент, когда еще не исчерпаны возможности сопротивления. Нет, он не сдастся. Пусть вся Германия обратится в прах, пусть падут все ее защитники, пусть озверевшие от крови и ярости победители вырежут последних женщин и детей – он все равно незримо воссияет над этим хаосом, герой, почти что полубог, для тех, кто до конца бьется за свои идеалы.

Если у Германии слишком мало солдат, то надо подумать, где их можно найти еще. Фельдмаршал Лист, кажется, писал докладную записку, что для противостояния большевикам и их союзникам можно использовать плененных солдат разбитых европейских армий. Французы, датчане, норвежцы, бельгийцы, голландцы, поляки и прочие чехи вполне могли бы пролить свою кровь за то, чтобы большевистские комиссары никогда не организовывали на их родине свои колхозы. Кроме того, под рукой имеются такие недосоюзники, как итальянцы, испанцы, португальцы, румыны и болгары, которые все никак не хотят перейти от слов к делу и вступить в жестокую и бескомпромиссную войну.

Одним словом, давно пора уравнивать между собой всех неарийцев и железной рукой загонять их на фронт. Пусть большевистские прорывы вязнут в липкой и вязкой массе, пусть, пытаясь прорваться поближе к рейхсканцелярии и к нему лично, несут ужасающие потери в живой силе и технике. Пусть змея пожрет самое себя, потому что шансов пережить все это нет никаких.