Снежить

У маленьких детей встречается вот такой незамутненный взгляд. У его дочки Маруси он такой…

Дрогнули заснеженные ресницы, а посиневшие губы растянулись в подобии улыбки.

Чтобы расслышать это одно-единственное слово, Волкову пришлось нагнуться.

– За что? – Курткой, той самой, которая едва не стала орудием убийства, он старался укутать пацана.

– За то, что ты хотя бы попытался.

Волков понял. Они поняли друг друга, и от этого понимания, от этого осознания пробрало до самых костей. Не лютым морозом, а лютой, беспощадной правдой. Волчок, этот несчастный мальчишка, его младший брат, благодарил за то, что Волков пытался его убить…

– Что, все так хреново? – спросил Волков шепотом. Губы онемели и не слушались, он даже не был уверен, что у него получится сказать.

Это… мертвое, всепоглощающее нечто, которое рвалось в этот мир, и в попытке вырваться было готово разорвать его единственного брата в клочья.

– Мы разберемся, – сказал Волков сквозь стиснутые зубы. – Слышишь, малой, мы со всем разберемся. Я обещаю.

– В следующий раз лучше стреляй. – Пацан больше не улыбался, он смотрел на Волкова почти с мольбой.

– Разберемся, – с мрачной решимостью повторил Волков и потрепал по холке сунувшегося к ним Блэка. Волчок тоже потрепал.

– Откуда здесь это? – послышался за спиной голос Чернова. – Это вообще что такое?

– Это призрак моего мертвого пса, – объяснил Волков и принялся поднимать пацана с земли.

– Призрак мертвого пса… – повторил Чернов без особого удивления. – Ясно.

– То есть тебя все устраивает? – Волков убедился, что пацан твердо стоит на ногах, и только потом глянул на Чернова.

– Я и не такое видел. – Чернов потрепал Блэка по холке, сказал с мальчишеской какой-то радостью: – Колется!

– Считай, что это статическое электричество.

– А как нам относиться к тому, что ты только что чуть не совершил убийство? – Лицо Чернова сделалось серьезным, даже суровым.

Волков хотел сказать, что убить он пытался не Волчка, а нечто куда более страшное, но промолчал. Пацан сказал за него:

– Он не виноват. – Голос его звучал тихо, но твердо. – Так нужно было.

– Это с ним, как тогда… в самолете? – вмешался в их разговор Гальяно. Оказывается, все они были здесь, стояли в сторонке, наблюдали и до поры до времени не вмешивались. Тоже решили довериться профессионалам. – Та же фигня?

– Думаю, хуже, – сказал Волков.

– И самолет тогда трясло из-за него? – Предположение Гальяно казалось абсурдным, но никто не удивился, потому что, похоже, так оно и было. Самолет трясло из-за Волчка. Или самолет трясла та тварь, которая пыталась вырваться на волю, используя тело его брата, как дверь черного хода.

– Похоже на то. – Волков не стал кривить душой. В конце концов, все они – команда, а команда должна знать правду.