Снежить

Хороший получился тандем из домашних питомцев, незаурядный!

Они выбрались из похожего на кипящий котел котлована, кажется, спустя целую вечность. Выбрались в полном составе, никого не потеряли, никого не забыли на поле боя. И как только выбрались, черная вода внизу начала застывать, превращаться в черный же лед. Они все еще слышали голоса, но с каждой секундой голоса эти становились все тише и тише, пока не истончились до едва различимого шепота.

Первым на снег упал Ник, следом рухнула Алисия, и Волков испугался, что с ребятами что-то случилось, что их все-таки зацепило это яростное нечто. Зря испугался! Эти двое валялись в снегу, как маленькие! Валялись и хохотали. А их насквозь промокшая одежда покрывалась тонкой коркой льда. На почти сорокаградусном морозе!

– Все по машинам! – Тучников лучше остальных понимал, как нужно выживать на Крайнем Севере. Или просто самый первый за бушующим в крови адреналином начал ощущать приближение новой реальной проблемы. Обидно вырваться из лап Снежити, чтобы потом загнуться от переохлаждения.

Они погрузились в машины и, не позволяя себе ни минуты передышки, тронулись в обратный путь. Метель стихла, упала белым пологом на снежные барханы, по которым резвой рысью мчались Сущь с Блэком. Раненый лютоволк лежал на заднем сиденье внедорожника и занимал собой почти все свободное пространство. Ник тянулся к нему с переднего пассажирского сиденья, ласково гладил по голове. На третьем ряду ютились Алисия со своей лисицей. Волков опасался, что лисицу придется долго заманивать в салон и даже был готов отпустить ее в свободное плавание, но зверюга оказалась благоразумной. Не зря, значит, во всех сказках лиса хитрее и умнее остальных зверей.

На территорию поместья они въехали с первыми лучами солнца. Гальяно сказал, что это символично и эпично! Чернов сказал, что ждет всех раненых и контуженных в лазарете, а потом что-то шепнул в острое ухо своей зверюшки. Зверюшка мотнула башкой и куда-то умчалась. Тучников пообещал распорядиться насчет обеда и пригласил всех через два часа в каминный зал. Эрхан ничего не сказал, ссутулившись, побрел к своему домику. Вероника рассматривала шею Веселова, а Веселов рассматривал Веронику. Выражение лица его было близким к блаженному. Этого точно сначала нужно в лазарет. А ребяток… А ребятки куда-то свинтили вместе со своим зверьем. Волков вздохнул. Ехал на край земли, чтобы обрести братца, а нашел еще и сестрицу. Вот уж Арина обрадуется. Романтичненько – все, как она любит!

У него получалось дышать! И горло не болело! И холод, с которым он почти сроднился, разжал когтистые лапы! Мир стал ярче и звонче. Оказывается, Веселов уже привык смотреть на этот мир словно сквозь заиндевевшее стекло. На мир и на Веронику.