Семь снежинок на ладони

Как можно быть таким нытиком?

Эмилия должна быть до конца жизни благодарна Фройе за то, что я избавил её от этого недоразумения!

* * *Я положил письмо поверх почтового ящика. Нужно не забыть сказать Йохану, чтобы отдал письмо утром.

А меня ждало свидание.

Когда я спустился в покои, Эмилия уже собралась. Она приоделась в одно из нарядных платьев. Заметив мой заинтересованный взгляд, супруга смутилась.

– Я подумала: если мы идём на свидание, наверное, мне следует ему соответствовать, – застенчиво поведала она.

– Дорогая, ты восхитительна! – Я коснулся губами кончиков её пальцев и не стал огорчать тем фактом, что наряд её идеально соответствует свиданию, но не очень подходит к чердаку.

Сумрак, паутина, рухлядь от входа до… до противоположной стены крепости примерно. Когда я, с моим живым и даже чрезмерным воображением, впервые залез туда, стащив ключи у мо Йохана, чердак произвёл на меня неизгладимое впечатление.

Я целую неделю боялся спать без света.

В последний раз я заглядывал туда уже после гибели родителей. Тогда к паутине и сумраку добавилась пыль на полу. Я не настаивал, чтобы ми Лотта поддерживала порядок в нежилых помещениях. Какой в этом смысл? Только лишние затраты на лишних слуг. Боюсь, что с моего визита пыли наверху стало только больше.

Но в остальном…

Сумрак, пыль, паутина, рухлядь от входа до… – это же так таинственно! Пугающе и загадочно! Сколько романтических и даже трагических историй может в них родиться!

И теперь я – не напуганный юноша, но зрелый муж, который защитит юную супругу от любых опасностей, реальных и воображаемых.

…кроме грязи.

Но грязь отчистят прачки.

– Дорогая моя, ты одета просто потрясающе, но, боюсь, наверху слишком холодно, чтобы идти в одном платье. Шуба будет в самый раз, – напомнил я.

Одевшись потеплее, я предложил супруге локоть, и мы направились в святилище, где располагалась дверь на чердачную лестницу.

– Как твоё увлечение магией? – Мне вспомнилось, как я рассказывал жене о божественных покровителях одарённых. Кажется, она напряглась, и я поспешил её успокоить: – Эмили, я совсем не возражаю, чтобы ты читала о магах. Более того, я даже рад, что ты с таким воодушевлением готовишься принять роль матери наследников рода Эльдбергов.

Я погладил её по пальцам, и рука супруги расслабилась.

– Дорогой Рауль, боюсь, сейчас все мои мысли заняты другим…

– И кто этот «другой»? – Я постарался подать вопрос с юмором. Но не уверен, что это удалось.

– Я слишком много думаю о тебе… – тихо призналась Эмили, и сердце простучало победную песнь по моим сосудам.

– Дорогая, о супруге нельзя думать слишком много, – возразил я.

– Да?..

– Сколько бы ты ни думала, это не будет слишком. – Я коснулся губами воздуха над её перчаткой.