Снегурка в постель

Задумавшись про печальную судьбу брата и сестры, я как-то упускаю момент… И подхожу слишком близко.

А через секунду, ойкнув, падаю прямо на грудь Вика, упираюсь ладонями ему в плечи. И замираю. Глаза его, синие-синие, становятся темнее. И зрачки расширяются.

Ё-моё! Гипнотизер, не иначе! Потому что двинуться не могу. Смотрю и смотрю.

— Ты… Какого хрена не берешь трубку? — цедит он сквозь зубы, оглядывая мое красное лицо жадно и внимательно, — где была ночью? М?"

"— Спа-ла… — выдыхаю испуганно, боясь пошевелиться в его лапах.

Черт! Он меня сейчас на колени затащит! На глазах у всего дома! И плевать, что в доме только грымза и Света! И та, и другая могут зайти! А тут — такое!

Я пытаюсь найти в себе возмущение. Но нифига. Нахожу только дрожь возбуждения.

Развратная, ужасно развратная Сашка!!!

— А дверь почему закрыла? — он прижимает меня сильнее, неожиданно утыкаясь носом прямо в шею, дышит тяжело…

— Я … просто… уснула… и… — бормочу растерянно, не зная, как реагировать, что предпринять. Остановить? Разрешить продолжать? Можно подумать, он мой отказ воспримет… — мы со Светой немного поси… Ай!

Айкаю я по делу. Не просто так. Попробуй тут сдержись, когда тебя за шею прикусывают! Сильно. Со значением. По-звериному прям! Не больно, но очень, вот очень заводяще!

— Попробуй только соврать, — он неожиданно отрывается от моего горла, с влажным чмоканьем… Вампирюга! Смотрит на меня уже не просто темно, а страшно. Сожрет же сейчас! Ай! А меня продирает дрожь опять. Возбуждение с ужасом. И непонятно, чего больше! — Я проверю, поняла?

— По-по… Но по какому праву?

Ой… Это я, что ли, пискнула сейчас? Да? Я?

Я, в прострации и ужасе от своей неадекватной реакции, заторможенно пялюсь в злые, моментально ставшие холодными глаза, в каменное красивое лицо.

Что я наделала-то? Самоубийца… Он меня сейчас прямо тут прибьет…

Права какие-то…

После всего произошедшего Сашка вспомнила про права. Тема для анекдота…

— По праву твоего начальника, поняла? Ты всегда должна быть на связи. И твое поведение вчерашнее недопустимо.

Я хмурюсь. Не нравится мне такая постановка вопроса. И сам подпол перестал мне нравиться.

Ишь ты, красавчик! Дверь перед ним закрыли! Обидели его!

— Вы мне — не начальник, Виктор Евгеньевич, — цежу я сквозь зубы, внутренне обмирая от ужаса. Потому что тон копируется полностью. Подполковничий. — Начальник у меня — ваш отец. И вчера у меня был выходной. А по ночам я вообще не работаю!

Я дергаюсь, чтоб вырваться из его лап, но куда там! Держит, хозяин проклятый, даже не шелохнется!

Усмехается мне в лицо, нахально и хищно.

— Ошибаешься. Я тебя провел по документам своим сотрудником, негласным. Так что ты у меня в подчинении. И обязана быть на связи и в доступе круглосуточно.