Заклинатель снега

Он поднял голову, и его лицо засияло в свете фонаря, мое дыхание участилось.

Подходя, я пыталась найти правдоподобный ответ, но бешено колотящееся сердце лишило меня способности ясно мыслить.

Когда я подошла и встала перед ним, его глаза замерцали в темноте и как будто нехотя взглянули на меня.

– Ты заставляешь отца волноваться.

При звуке его грудного голоса по спине пробежала дрожь. Я стиснула челюсти и сжала кулаки, чтобы не оцепенеть, как это частенько со мной случалось в присутствии Мейсона.

– Прошло всего десять минут, – ответила я.

Мне следовало обрадоваться, что Мейсон снова заговорил со мной после того, как я с ним обошлась. И все же, хотя я была бы не прочь обвиться вокруг его икр, как осьминог, у меня хватило достоинства сдержаться.

Я прошла мимо него и потянула на себя калитку, но в последний момент остановилась. Сжимая пальцами металлическую ручку, я все-таки озвучила беспокоившую меня мысль:

– Не надо злиться на Нейта. – Я сделала паузу, затем добавила: – То, что произошло, не его вина.

– С пляжем это никак не связано.

Я повернулась и встретила его пронзительный взгляд.

В свете фонаря губы Мейсона казались бархатистыми, и на одно безумное мгновение я задумалась, что произойдет, если я проведу по ним пальцем.

– И с чем же тогда это связано? – прошептала я тихо, и взгляд Мейсона упал на мой рот.

Он наклонил голову набок, и я увидела, как двигается его освещенный фонарем подбородок, когда он произнес:

Таков был его способ закончить разговор, дать мне понять, что я не должна задавать вопросы. Знакомый прием, но его ответ меня заинтриговал.

– С другим? – переспросила я.

– Похоже, тебя очень интересует все, что касается Нейта.

Я посмотрела на Мейсона в растерянности. В его глазах сверкнул тревожный блестящий огонек, и он шагнул в мою сторону.

– Ты хотела бы, чтобы это был он? – Мейсон шагнул еще ближе. – Ты хотела бы, чтобы тебя спас Нейт?

Я опустила голову в защитном жесте, потому что он снова доминировал, как будто не мог вести себя иначе.

– Так это был ты, – тихо сказала я, – это действительно был ты.

Какое-то чувство промелькнуло в его темных радужках. Я попыталась ухватить его, расшифровать, но он отвернулся прежде, чем я успела.

– О чем вы говорили с Нейтом? – упорствовала я.

Ну вот, опять этот его приемчик: «это тебя не касается», «держись подальше»… Между нами лежала пропасть, и ее ничем не заполнить. Я не была частью его жизни, не принадлежала к его миру, и это никогда не изменится.

– Возможно, я предпочла бы Нейта, – прошептала я, чувствуя, как во мне поднимается обида.

Эта ложь произвела должный эффект: Мейсон мрачно сощурился.

– По крайней мере, он последовательный.

– Последовательный? – повторил Мейсон, подходя ближе.