Заклинатель снега

 – Восхищаетесь Айви, да? Она неотразима, скажите?

– На самом деле я использовал бы другие слова… – сказал Трэвис, вытирая подбородок, и Карли двинула ему локтем под ребро.

– Держите свои пошлости при себе. Не дай бог Фиона тебя услышит…

– Кстати, о Фионе, – сказала я, глядя Трэвису прямо в глаза, – она тебя искала, вроде хотела поговорить…

Трэвис, если это возможно, стал еще бледнее.

– Да. Пойди поищи ее.

– Ну… я даже не знаю…

– Она пришла одна, – уточнила я, и он тяжело сглотнул.

– Пфуф… – пропыхтел он, оглядываясь по сторонам в поисках Фионы. – Ну… Кхм… Если так, то я пошел.

Он допил коктейль – видимо, чтобы набраться храбрости, – и ушел.

– Фиона правда его искала? – спросил Нейт, пока Карли с кем-то радостно обнималась в знак приветствия.

– Нет, – ответила я, и Нейт опустил голову, краснея и что-то бурча себе под нос.

Мейсон надел темные брюки и черную футболку, которые ему очень шли. Я обратила внимание, что в его руке нет стаканчика. Его растрепанные волосы и расслабленная поза излучали почти безжалостное очарование. Он стоял, прислонившись к стене, руки свободно опущены. Он так похож на великолепное ночное животное, уверенно чувствующее себя в окружающей среде. Мейсон излучал магнетизм даже в переполненной людьми комнате.

Клементина стояла перед ним в туфлях на высоком каблуке и в платье-футляре, таком облегающем, что оно казалось нарисованным на ней. Она была сногсшибательна, только сумасшедший стал бы это отрицать.

Я видела, как она смеялась, очарованная словами Мейсона, и от этого казалась еще красивее.

Я никогда не завидовала чужой красоте, но сейчас впервые задалась вопросом, каково это – выглядеть такой… яркой и чувственной?

В отличие от Клементины меня нельзя было назвать соблазнительной. В детстве я была угловатой, потом выросла и стала довольно стройной, гибкой девушкой. Я не умела строить глазки, танцевать, ходить на каблуках и вот так, как Клементина, выпячивать грудь.

Но, возможно, в этом и выражалась моя грация – легкая, дерзкая, почти дикая. Интересно, замечал ли Мейсон ее когда-нибудь во мне?

Видел ли он когда-нибудь, хотя бы раз, то существо из снежных краев, которое смотрело на него моими продолговатыми антилопьими глазами?

И вот наконец долгожданный момент настал – Мейсон повернулся и увидел меня.

Его взгляд упал на меня как будто случайно, скользнул по мне и двинулся дальше, а затем вернулся, быстро, как если бы я была видением, чем-то невероятным. Его глаза остановились на мне. И время остановилось.

Ледяное изумление отразилось на его лице. Мейсон смотрел на меня холодным взглядом, его челюсть сжалась. И даже комната, казалось, исчезла, когда я пристально посмотрела на него, как будто на этот раз я была прекрасным и опасным зверем.