Белые искры снега

"

"– Мой ученик это, – отозвалась я, перебив открывшего рот парня, который явно хотел сказать какую-то глупость. – Встретила его в туалете, он мне… помог.

Один уголок губ Женьки неприветливо пополз вверх, демонстрируя всем окружающим то, что в книгах называется «кривая улыбка» – когда он был не в себе, часто улыбался именно так, и выглядело это угрожающе. Широкие темные брови, одна из которых была рассечена ровно посредине, чуть сдвинулись к переносице. Плечи слегка напряглись.

– Анастасии Владимировне, – впервые употребил мое отчество правильно Зарецкий, тоже без особого добра глядя на Женьку, – стало немного плохо. Вот я ее вам и привел.

– В смысле плохо? – не понял Женька, обеспокоенно и коротко, словно невзначай глянув на меня, но с места не поднялся. Почему-то меня это огорчило. Блин, Хирург, ты вообще нормальный? Я тебе нравлюсь или нет? Что с тобой случилось? Почему ты меня игнорируешь?

– В том, что не хорошо, – отрезал Яр, которому явно не нравился Хирург. – Садитесь, Анастасия Владимировна. Я пойду к другу. Лечитесь. Безумно жду ваших уроков.

– У нас один урок остался, Зарецкий, – отозвалась я.

– Тогда еще более безумно жду его.

Где-то позади нас раздался шум и возгласы – с одной из стен свалилась картина – прямо кому-то на стол. Ничего страшного, правда, не произошло, и мы не придали этому большого значения.

– Хорошая Анастасия Владимировна учительница? – со смехом спросила Алена, наблюдая за нами.

– Очень, – серьезно отвечал парень, оценивающе взглянув на мою подругу. Кажется, она понравилась ему, и Господин школьный президент подарил ей теплую, как горячие пирожки в школьной столовой, улыбку. – Она все очень правильно объясняет. И очень добрая, душевная.

Алена весело рассмеялась, не выпуская из руки свой коктейль. Она-то знала, как я терпеть не могу этого умника. Да и отлично помнила его хамское поведение в клубе.

– Двойки не ставит? – полюбопытствовала моя светловолосая подруга, и ее плечи внезапно передернулись. Она растерянно огляделась по сторонам.

– Не ставит, что вы. Я отличник, – не отрывая глаз от Алены, произнес Зарецкий. – Анастасии Владимировне одно удовольствие меня учить.

Алена кивнула, но почему-то разговор продолжать не стала: взяла свой мобильник и принялась писать кому-то сообщение, склонив голову и словно отгородившись от этого мира длинными прямыми волосами, блестящими под электрическим светом.

– А мы раньше с вами нигде не встречались? – спросила Алсу, ухмыляясь.

– Я бы вас запомнил, – по-джентльменски и с явным намеком отозвался Енот. Алена рассмеялась еще громче. Как у Хирурга, ее смех был красивым – изящным и непринужденным.

– Это я тебя запомнил, малыш, – медленно произнес Хирург.