Дорожный снайпер

– А где он сейчас?

– Где-то здесь… – Зинаида Павловна завертела головой, наткнулась взглядом на висевшую над каминной полкой картину с изображением лесного пейзажа и замерла на несколько секунд. – Он ведь только что был здесь… Вы его видели?

– Не видел.

Гуров уже прекрасно понимал, что ничего толкового от хозяйки дома он добиться не сможет. Окинул цепким взглядом гостиную. За спиной Зинаиды Павловны располагался длинный диван, усеянный многочисленными подушками, еще одно кресло и длинный столик под огромным плазменным телевизором. На левом краю стола занимала почетное место фотография улыбающегося голубоглазого мальчугана в траурной черной рамке.

– Должно быть, вышел, – молвила Ромашова и, не повышая голоса, обратилась в пустоту: – Степан! Степа! К нам пришли по поводу Валерочки.

– Простите, – тактично перебил ее Лев. – Степан? Разве вашего мужа зовут не Сергей?

– Да… Сергей… Я так и сказала. Вы не очень-то внимательны для полицейского, Альберт Никанорович. Сколько вам лет?

Гуров не стал отвечать. И не стал в очередной раз поправлять собеседницу на предмет своего имени-отчества. Ни то, ни другое в данной ситуации не имело смысла. Заметив, что бесцветные, с красными белками глаза женщины вновь остановились, он слегка наклонился и взял со столика ближайшую пластину с таблетками. Перевернул ее тыльной стороной. Название «Эсциталопрам» ему ни о чем не говорило.

В прихожей раздались стремительные приближающиеся шаги, и Гуров поспешил сунуть таблетки в нагрудный карман собственной рубашки. На пороге гостиной появился высокий, по-спортивному подтянутый мужчина лет пятидесяти в коротких шортах и с голым загорелым торсом, лишенным волосяного покрова. По его посеребренным вискам обильно струился пот. Босые ноги были перепачканы свежескошенной травой. Недовольно мазнув взглядом по сыщику, он сдвинул брови и отрывисто поинтересовался:

– Вы кто? Что вам нужно от моей жены?

Зинаида Павловна вздрогнула от неожиданности и повернула голову:

– Не злись. Это хороший человек. Он хочет помочь нам. И он – полицейский. Его зовут Мордвинов Олег Николаевич.

Гуров поднялся с кресла и шагнул навстречу хозяину дома.

– Лев Иванович, – представился он и протянул руку для пожатия. – Гуров. Главное управление уголовного розыска.

Ромашов не подал руки в ответ. Вместо этого он смахнул пот с висков и, шлепая босыми ногами по ковру, приблизился к Зинаиде Павловне. На ковре остались зеленоватые отпечатки подошв. Он опустился перед женщиной на одно колено, взял ее за подбородок и, заставив поднять голову, проникновенно заглянул в глаза:

– Как ты, малыш?

– Я – хорошо. Спасибо. А как ты?

Зинаида Павловна вела себя как запрограммированная машина.