Конец Смуты

Косого я сам накажу, а ты впредь в драку не лезь попусту, понял ли?

Романов с готовностью встал, потом было развернулся, но, так ничего и не сказав, вышел вон. Глядя в спину нескладному парню, я пытался понять, кинется он матушке в ноги по приезде в Москву, прося разрешения жениться, или нет…

– Вы позволите мне войти? – прервала мои размышления Лизхен.

– Да, конечно, входи, девочка. Ты что-то хотела?

– Нет, я пришла узнать, не будет ли у вашего величества распоряжений.

– Пожалуй, будет одно, но не сейчас.

– Когда мы окажемся в каком-нибудь мало-мальски крупном городе.

– И что будет угодно вашему величеству?

– Мое величество повелит сшить тебе красивое платье. Ты ведь служишь у русского царя и мекленбургского герцога, не так ли? Не годится тебе ходить замарашкой.

– О, вы так добры! Однако если это вам угодно, то нет необходимости ждать так долго. Маркитантка Грета прекрасно шьет, и стоит вам только приказать…. Вот только где взять ткани?

– Не волнуйся, милая, мы что-нибудь придумаем. Скажи Грете, чтобы она подошла завтра.

– Как прикажете, ваше величество. А будет ли позволено мне спросить?

– Отчего нет, спрашивай.

– О чем вы говорили с этим молодым дворянином, который заступился за меня?

– Я вижу, ты поняла, что случилось?

– Ну я ведь не дура, ваше величество – пусть я и не понимаю языка, догадаться совсем не трудно.

– Я поблагодарил его за рвение, но сказал ему, что раз ты служишь мне, то я сам о тебе позабочусь. Все, ступай.

Выйдя из шатра, я снова наткнулся на постельничего, ожидающего моего выхода с самым преданным видом.

– Хорошо, что ты тут, Матвей… как тебя по отцу-то?

– Иванов я сын, государь.

– Так вот, Матвей Иванович, вели Семку кликнуть.

Постельничий поклонился и тут же исполнил приказание. Когда слуга появился, я внимательно посмотрел на него и пришел к выводу, что Косой – это не фамилия. Один глаз его и впрямь косил, губу украшал кровоподтек, а лицо выражало полнейшее почтение.

– Какого ты рода, Сема?

– Так дворцовые слуги мы, государь – и отец и дед мой исстари царям да великим князьям служили.

– Эва как! Ну что же, служишь ты исправно, думаю, надо тебя пожаловать. Чего тебе тут объедки подбирать? Пожалуй, я тебя в стрельцы произведу, да сразу в начальные люди. А ты сегодня же ночью их в бой поведешь, а то застоялись мы тут, под Белой.