Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

– Никогда, никогда этого не будет! Я не позволю!

- Каким образом? – деловито поинтересовалась Варежкина, приподняв свою рыжую бровь. – Нотариус сказал, что остров в нашем полном распоряжении, как и то, что находится на его землях. Или мы с сестрой что-то перепутали?

- Вы станете брать деньги за… за… место на кладбище?! – казалось, еще чуть-чуть, и леди Дивелла затопает ногами. – Этот позор ляжет на всю семью! На молодого лорда Гилмора!

- И поэтому мы должны отказаться от возможности заработать? – уточнила Варежкина. Лида пребывала в полнейшем спокойствии и даже продолжала что-то жевать. – Ну уж нет, дорогая маман… Теперь это ваши проблемы.

Леди Дивелла молча смотрела на нас, хлопая глазами. Ее рот постоянно открывался, словно она что-то хотела сказать, но не могла.

- Что значит мои проблемы? – наконец, прошептала она. – Что это значит?!

- Это значит, что вы не особо переживали, когда отправляли нас из родного дома в старый маяк. Я бы даже сказала наоборот. Сия история вызывала у вас восторг, - я подмигнула ей. – Ну так и оставьте нас в покое. Забудьте о нашем существовании.

- Я запрещаю… я запрещаю… - леди Дивелла чуть не плакала, понимая, что ничего не сможет с нами поделать. – Мое имя не может быть посрамлено таким занятием, как покойницкий промысел!

- Вы уже ничего не можете нам запретить, – Лида указала ей на дверь. – Прошу вас покинуть наш дом и более никогда не появляться здесь.

Мачеха вспыхнула еще сильнее. Она крутанулась на каблуках и выскочила из комнаты, сыпля проклятиями.

- Нет, ты видела? – Варежкина возмущенно погрозила пальцем ей вслед. – Приехала права качать! Только мы свои права знаем, и нечего на нас давить!

- Полностью с вами согласна, Лидия Дмитриевна, - я указала ей на стул. – Не принимайте близко к сердцу. Продолжим наше чаепитие.

- Валентина, как вас по батюшке? – Варежкина вопросительно взглянула на меня.

- Матвеевна.

- Валентина Матвеевна, извольте величать меня Гвиневера. Иначе спалимся, голубушка, - она важно уселась на стул. – А сейчас продолжим чаепитие.

* * *

- К вам посыльный из Гранд-холла, ваша светлость, - в дверях кабинета возник слуга в красной ливрее.

- Пусть войдет, – Гарольд посмотрел на друга. – Предчувствую дурную новость, Закари. Но это должно было случиться рано или поздно.

В кабинет вошел молодой мужчина в дорожном костюме и, поклонившись, передал герцогу конверт, перетянутый траурной лентой.

Гарольд распечатал его, пробежал глазами по густым строчкам, написанным рукой леди Кларенс, после чего опустился в кресло.

- Так и есть: лорд Кларенс скончался на рассвете… Бедная тетушка…

- Прими мои соболезнования, Гарольд, - маркиз жестом велел посыльному уйти. – Он прожил отличную жизнь.

- Несомненно.