Смертельный рейс

Эх, не сносить кому-то головы! – Инженер вдруг спохватился: – Вы есть хотите, Виктор Алексеевич? Я замотался сразу, а вы ведь с пересадками сюда летели, погреться и поесть негде было. Хорошо, что нелетная погода нас задержала, а то бы пришлось думать, как вас отправлять сюда. У меня на ваш счет был строгий приказ: начальника геологоразведчиков доставить непременно!

– Ну я не начальник геологоразведки, – улыбнулся Буторин. – Просто начальник группы. Проведем здесь кое-какие изыскания вам в помощь. А поесть было бы неплохо!

Суета понемногу улеглась. Буторину показалось, что с прибытием Николаева в поселке воцарились деловой порядок и рабочий ритм. Ведь не зря же именно такого человека прислали из Якутска, чтобы исправить положение. Приказ Москвы – дело серьезное. Тут не только в переносном, но и в прямом смысле могут полететь головы за нарушение сроков и планов.

Через полчаса Николаев удовлетворенно посмотрел на наручные часы, отдал еще несколько распоряжений, а потом буквально за рукав потащил Буторина к строительному вагончику, на котором красовалась фанерная табличка с надписью «Столовая». Здесь начальство, видимо, уже ждали. Отдельный столик у окна был накрыт чистой скатертью, в граненом стакане посередине стола красовались три бумажных самодельных цветочка. «Как на могилку», – невольно подумалось Виктору, но он постарался отогнать эту нелепую неожиданную мысль.

Женщина в белом переднике поставила на стол две тарелки с дымящимся наваристым борщом. Судя по запаху, мясо было не говяжье и не свиное.

Пока торопливо ели горячий борщ, Николаев продолжал рассказывать:

– Приказ есть приказ. Нам дали конкретные точки для оборудования недостающих посадочных полос на маршруте. На имеющихся аэродромах, которые включили в список маршрута, пришлось приводить в порядок полосы: где-то удлинять, строить дополнительные рулежные дорожки. Объемы работ колоссальные, сроки самые сжатые. Я бы сказал, сжатые до нереальности. Делаем все, что можем.

– Не хватает людей и техники? – понимающе спросил Буторин.

– Не хватает, – хмуро кивнул инженер. – У нас тут свой фронт! Местным властям разрешили привлекать жителей близлежащих населенных пунктов, работников сибирских и дальневосточных отделений Гражданского воздушного флота и заключенных лагерей ГУЛАГа на Чукотке и Колыме, работавших в системе «Дальстроя». Были случаи, когда мы даже просили выделить нам школьников – случались такие критические моменты – вплоть до 12-летнего возраста. А еще нужно суметь вовремя доставить материалы и оборудование, чтобы люди не простаивали. Задействовали гидросамолеты, приходилось возить и на оленьих упряжках."

"Буторин все это знал.