Смертельный рейс

Да и судя по бутерброду, хозяин не был здесь дня два. И пол давно не метен.

– Кто у нас специалист по радио? – спросил Шелестов приехавших с ним солдат. Один из них шагнул вперед. – Посмотри, что тут у него в хозяйстве интересного.

Максим прошелся по комнате. Так, теперь надо понять, чего здесь не хватает. Чего может не хватать. На гвозде у двери висит пальто на вате. Теплое. Ботинки коричневые, поношенные, но крепкие. Тоже стоят у двери. Человек работает метеорологом, работает с аппаратурой, он часто выходит на улицу, на метеоплощадку. Здесь у него анемометр, показывающий скорость ветра, термометры. А еще на дальнем краю аэродрома есть метеополигон. Там ведутся более серьезные наблюдения. Если человеку по работе часто и подолгу надо бывать на улице, то в хозяйстве у него обязательно есть свитер, теплые шерстяные носки, резиновые сапоги. Какой-нибудь брезентовый плащ или накидка от дождя. Но ничего подобного в комнате не было. Значит, он взял это с собой, когда ушел. Еще вчера. И ушел он явно не в город погулять.

– Товарищ Шелестов, – позвал солдат, – есть радиопередатчик.

В этот момент в комнату вошел Буторин, опрашивавший на улице механиков, работников мастерской и самого коменданта.

– Вчера вечером его здесь видели в последний раз, – сказал он, снимая шапку и приглаживая ежик на голове. – Вчера ушел, сука. А у вас тут что?

– Да вот, передатчик, – кивнул на стеллаж Шелестов. – И какова его мощность? Любительская поделка или серьезное оборудование?

– Никак нет, – возразил солдат. – Это коротковолновая рация, просто без кожуха, но в рабочем состоянии.

Солдат щелкнул тумблером, и на разобранной панели загорелась лампочка. Рядом на стеллаже на лежащей шкале дрогнула стрелка. Шкала была соединена с передатчиком проводами.

– Это что? – показал на шкалу Шелестов.

– Шкала настройки частоты, – ответил солдат и положил руку на массивное ребристое колесико. – Этой рукояткой можно настраивать…

– Стой, не трогай, – схватил солдата за руку Максим. – Значит, сейчас на шкале частота, которой пользовались в последний раз. На прием передатчик настроен или на передачу?

– На… прием, – подумав, ответил парень.

Шелестов взял с полки наушники. Стал слышен четкий прерывистый писк. Шелестов повернулся к Буторину и кивнул на передатчик:

– А если это оборудование настроено на радиомаяк самолета, совершившего аварийную посадку? Если Почетаев удирал так поспешно, что оставил на шкале частоту, на которой искал сигнал радиомаяка? Надо проверить ориентацию на местности. Откуда идет сигнал.

Через час в кабинет Гончаренко пришли радиоинженеры. По их мнению, сигнал был устойчивым, но постепенно слабел. Наверное, садятся батареи. Еще пара суток, и ничего не будет слышно.