Смертельные прятки

– Она может подтвердить ваши слова?

– Нет, она не знает о моей работе. Но она может подтвердить мое имя.

– Первое или второе?

– Второе.

– Его подтверждение мы видим из ваших документов. Какие еще у вас есть доказательства?

– Я могу сдать вам того, на кого работал. Его псевдоним Марк, он является ключевой фигурой в агентурной сети советских разведчиков, работающих на территории США и Канады.

– Как его настоящее имя?

– Я не знаю.

– Где он живет, его адрес?

– Я не знаю.

– Сколько ему лет, каково семейное положение?

– Я не знаю."

"Ему задали порядка пятидесяти вопросов, и ни на один из них он не смог дать вразумительного ответа. В совокупности с отталкивающей внешностью это играло не в его пользу. Тогда он решился на опасный шаг. Он достал из кармана полую монету, начиненную последней копией фотопленок с зашифрованными данными разведки, и передал сотрудникам посольства.

– Вот доказательство моих слов. Я хочу, чтобы меня переправили в США и передали в руки агентов ЦРУ. Они разберутся, говорю я правду или лгу, – заявил он и его просьбу удовлетворили.

В ожидании встречи с агентами американской разведки ему пришлось нелегко. Алкоголя ему не давали, а без очередной порции спиртного он уже не мог. И все же Вик как-то выдержал. Возвращаться в Москву после такого поворота он никак не мог. Обратного пути не было, поэтому пришлось выдержать все. Он прошел медицинское освидетельствование, где его признали вменяемым, и только после этого отправили на допрос в ЦРУ.

Там он выложил все: рассказал о каждом тайнике на территории Нью-Йорка, сообщил о способах шифровки, об агенте КГБ, с которым имел связь на протяжении нескольких лет. Тот факт, что связной работал в Секретариате ООН и Хейханен об этом знал, сильно ему помог. По описанию внешности агенты ЦРУ легко вычислили советского резидента. Им оказался Михаил Свирин. Дальше – больше. След вел от одного агента к другому, пока не привел к тому, кого он знал под псевдонимом Марк.

– Да, так все и было. Арестовали «Марка» по моей наводке, вот что я тебе скажу. – Он обращался к полупустой бутылке, как к лучшему другу. Впрочем, так оно и было, ведь друзей ему завести так и не удалось. – Знаешь, я ведь думал, что, как только они его арестуют, моя история окрасится новыми красками. Мои новые покровители поймут, какую важную птицу я им сдал, и наградят меня за это по-царски. Но этот паршивец «Марк» испортил всю картину. После ареста он заявил, что отказывается отвечать на их вопросы. Сколько агентов ЦРУ перед ним хвостами крутили, сколько специалистов по перевербовке его обрабатывало, а он стоял на своем: я не разведчик, на Союз не работал, и все тут! Ух, как он бесил меня своим упорством.