Одна смертельная тайна

Сейчас сын Федор, которому исполнилось двадцать пять лет, заканчивал юридический факультет университета. Правда, юриспруденция не сильно влекла его. Больше всего Федор Румянцев интересовался сельским хозяйством, и Глафиру, признаться, это вполне устраивало. Будет в чьи надежные руки передать усадьбу.

После смерти отца Глафиры, скончавшегося пять лет назад, управляющим в поместье Румянцевых стал ее младший брат Артем Якунин. Марфа пережила мужа всего на год. Глафира тоже следила за хозяйством недремлющим оком, и вдвоем с Артемом справлялась на отлично. Под чутким руководством дяди Федор Румянцев постигал азы управления, показывая недюжинные успехи, и, убедившись, что он справится с хозяйством, Глафира изменила завещание, отписав усадьбу целиком сыну.

Она знала, что Наталья на это не обидится. Ее старшая дочь была удивительной женщиной, отказывавшейся довольствоваться обычной женской судьбой. В этом она сильно походила на свою бунтарку-мать, которая смогла перейти в другую сословную страту, несмотря на то что это изначально казалось невозможным. Вот и Наталья, закончившая женскую гимназию в семнадцать лет, бредила о том, чтобы стать врачом.

Ранняя смерть отца, скончавшегося от пневмонии, произвела на нее неизгладимое впечатление. Наталья была уверена, что при надлежащем лечении граф Румянцев мог остаться в живых, а потому собиралась освоить сложную науку врачевания и спасать человеческие жизни.

На первый взгляд это казалось невозможным. На медицинские факультеты университетов не принимали женщин. Немного подумав, Наталья поступила на пятилетние особые курсы подготовки акушерок при медицинской академии. Требования к поступающим оказались весьма серьезными. Наталья Румянцева с блеском выдержала испытания по письменному сочинению на русском языке, устному переводу с латыни и грамматическому разбору прочитанного, немецкому языку, на котором говорила свободно, а также по арифметике, алгебре, геометрии, тригонометрии, физике, географии и истории.

Конкурс среди желающих оказался довольно большим, участвовали в нем девушки самого разного общественного и сословного положения, но это «барышню-крестьянку» Наталью, разумеется, совершенно не смущало. Весомое значение оказало и щедрое пожертвование, которое сделала учебному заведению вдова графа Румянцева.

В тот год, что Наталья поступила на Санкт-Петербургские врачебные курсы, двадцать пять слушательниц, многие из которых даже не успели пройти окончательно испытания, командировали в действующую армию, на войну с Турцией, где те проявили не только милосердие и сострадательность, но и медицинский профессионализм. Действия женщин-медиков получили одобрение полевого военно-медицинского инспектора.