Смерть особого назначения

Оказывается, все жертвы бессмысленны. Два десятка бойцов погибли возле десантной капсулы понапрасну – надо было преследовать другую группу людей! А еще десяток воинов превратился в калек! И это все – на его счету!

Теперь, чтобы восстановить честь командира, он должен лично настичь и уничтожить вторую группу!

– Хазад! – резко бросил лидер отряда. – Останешься тут и дождешься подкрепления! Дождешься ликвидаторов с энергоболами! Загонишь людей в трясину и выжжешь их до последнего! Они не устоят против шарового электричества! Мы отомстим им за каждого потерянного солдата!

Второй командир молча кивнул.

– Я беру дрогла, десяток лучших стрелков и ухожу через гнилую топь! Нужно догнать тройку диверсантов, которая оторвалась и выиграла у нас треть ночи! Дай мне связь!

Хазад молча протянул гравитон, посредством которого общался со штабом.

– Весах! – резко потребовал Мадэн. – Мне нужно, чтобы ты выдвинул стационарные энергоболы к северной части периметра и ждал! Как только диверсанты попытаются выбраться из топи, ты превратишь кромку болота в огненное море! Они отступят назад, под залпы моих стрелков...

Гравитон что-то забормотал голосом штабного командира, но Мадэн только резко взмахнул рукой, будто оттолкнул от себя ненужные слова.

– Весах! – резко повторил он. – Ты сделаешь так, как я приказал! Ты уже ошибся, подставил нас под огонь засады! Теперь я принимаю решения! Ты отдашь переносные энергоболы тем, кто пойдет сюда! Ты выдвинешь стационарные энергоболы на северный край периметра! Ты встретишь людей стеной огня! Мы прижмем их к Зубу Дракона и уничтожим! Все!

Мадэн еще раз взмахнул рукой, не сдерживая бушевавшую внутри ярость. Затем спрятал гравитон в ранец на спине."

"– Эту штуку я оставлю себе, потом выясню, как меня понял Весах! – тоном, не терпящим возражений, объявил он.

Хазад криво усмехнулся. Такие приборы были еще у нескольких бойцов, так что проблем со связью возникнуть не могло. В отличие от людей, против которых работали весьма эффективные «глушилки».

– Чьонд! – еще раз ругнулся Мадэн, когда, после нескольких минут блужданий по хлюпающей жиже, обнаружил дрогла.

Тот лежал на кочке в окружении двух солдат-телохранителей из личной гвардии Мадэна. Все трое были мертвы. Маленький чужак после кончины стал еще меньше – будто съежился и усох. Казалось, при жизни он был накачан воздухом, а теперь от гномика осталась только сморщенная оболочка.

Командир отряда карателей постоял над телом врага, зачем-то толкнул дрогла носком сапога – так, словно это что-то могло изменить.

Чужак был мертв – мертвее некуда. Он лежал на спине, раскинув маленькие ручки с совсем крохотными пальцами. Большие кожаные уши превратились в грязные бесформенные лоскуты.