Конец смены

Мертвые пчелы не гудят — и ура.

— Пит, мне нужно это переварить.

— Не сомневаюсь, — говорит Пит. — У тебя с ним целая история была. Ну а я тем временем звоню Иззи. Пусть с хорошей ноги встанет.

— А ты мне перезвонишь, когда будет анализ того, что он проглотил?

Ходжес кладет трубку, идет на кухню и ставит чайник, чтобы заварить кофе. Ему надо чаи пить — кофе в его несчастных внутренностях дыру пропалит, но сейчас ему безразлично. И лекарства он пока пить не будет. Ему требуется как можно более ясная голова.

Выдергивает зарядку мобильного, и звонит Холли. Та берет сразу, и он спрашивает себя, когда же она встала. В пять? Еще раньше? Может, некоторые вопросы лучше оставить без ответа. Он пересказывает ей то, что услышал от Пита, и впервые за время их знакомства Холли Гибни не выдерживает, и матерится:

— Блядь! Да ты что, шутишь?!

— Нет, если только Пит не пошутил, но я так не думаю. Он до обеда шутить даже не пробует, да и не умеет толком.

На мгновение наступает тишина, а затем Холли спрашивает:

— А ты в это веришь?

— В то, что он мертв, да. Здесь вряд ли его могли с кем-то спутать. А в самоубийство? Мне кажется… — Он пытается подобрать слова, не может и повторяет то, что сказал бывшему коллеге пять минут назад: — Не знаю…

— Вот и я так думаю. Надо разобраться, что произошло с «Заппитами», которые остались после банкротства компании. Не понимаю, как Брейди Хартсфилд мог быть с ними связан, но так много ниточек тянутся к нему. И к концерту, на котором он пытался устроить взрыв.

— Я знаю. — Ходжес снова представляет себе огромные тенета, где посередине здоровенный ядовитый паук. Только дохлый.

Мертвые пчелы не гудят, думает он.

— Холли, ты сможешь подъехать к больнице, когда Робинсоны будут забирать Барбару?

— Смогу. — Она на мгновение замолкает и говорит: — с удовольствием. Я позвоню Тане и спрошу, но не сомневаюсь, что она согласится. А зачем?

— Хочу, чтобы ты показала Барб шесть фотографий. Пять каких-нибудь пожилых мужчин в костюмах и доктор Феликс Бэбино.

— Пока что это на уровне догадок.

— Хорошо, я уважаю твои чувства, Билл. Не сомневаюсь, что смогу найти на какой-либо странице фото доктора Бэбино с одного из тех благотворительных мероприятий, которые часто у врачей происходят.

— Хорошо. А теперь напомни-ка мне, как зовут это доверенное лицо.

— Тодд Шнайдер. Ему надо позвонить в восемь тридцать. Я к Робинсонам, меня не будет на месте некоторое время. Джерома привезу.

— Ладно, прекрасно. Номер Шнайдера есть?

— Я его тебе по электронной почте прислала. Ты же помнишь пароль к своей почте, правда?

— У меня же рак, а не Альцгеймер.

— И сегодня у тебя последний день на расследование. Не забудь.