Служебный роман с чужой невестой

Стоял беспомощно на коленях, мог лишь молиться всему на свете, корить себя, ненавидеть похитителей… И ничем – абсолютно ничем! – не мог помочь своей нежной девочке. И это медленно убивало, болезненно вытягивало жилы из тела, давило на душу, выворачивало наизнанку.

– Что вы здесь делаете?!

Мужской голос прозвучал грозно и строго, но я не обернулся. Какое мне дело до людей? Я поглаживал запястье Евы и, глотая слёзы, шептал мольбы о прощении. Не сберег, не защитил самое важное. Подставлял свою шкуру,  чтобы спасти жирных олигархов, а мою нежную бабочку не успел.

Меня потрясли за плечо:

– Кто вы?

– Отец, – мельком глянув на незнакомца, горько ответил я.

– Мисс Евы? – удивился мужчина в белом халате.

– Малыша, – шепнул я, вытирая бледные щёки бабочки от слезинок.

– Вот оно что, – уже более миролюбиво отозвался мужчина и, присев на корточки, заглянул мне в глаза. – Хотите помочь?

Я едва не подскочил от неожиданной волны энтузиазма и переполняющей меня энергии, сердце сжалось в сладкой надежде:

– А чем я могу помочь?

– Идемте, – хитро предложил он. Я окинул его взглядом – с виду самый простой доктор. – Я вам расскажу всё за дверью.

Врач кивнул на выход, и я, прижавшись губами к тонким пальчикам Евы, решительно поднялся. Если я могу помочь – хоть чем-нибудь! – сделаю всё, что скажут."

"В коридоре столкнулся с Комаровым. Сергей сдвинул брови и сжал кулаки. Я застыл на месте, ожидая чего угодно, но не того, что произошло дальше – Комар обнял меня. Прижал так крепко, что рёбра заныли. Никогда не видел подобного проявления у этого сурового человека.

– Спасибо, – шепнул он. – Спасибо… сын.

Увидев, как влажно заблестели его глаза, я и сам с трудом сдержал судорожный вздох, а Комар отстранился и, уже не глядя на меня, хлопнул по плечу:

– Ты нашёл её, а я, дурак, совсем не по тому следу пошёл. Зря ребят положил...

– Какому следу? – насторожился Олби, но Комар лишь полоснул по комиссару равнодушным взглядом.

Я же сглотнул, заметив особую усмешку на губах Сергея. Кто-то попрощался с жизнью этой ночью. Вот только свободы Еве это не принесло, и, скорее всего, эти люди вообще не при делах.

Комар вдруг приказал:

– Идём. Надо кровь сдать.

Я обернулся на доктора, который хотел подсказать мне, чем я могу помочь своей бабочке, и тот закивал:

– Об этом я и говорил. Ваш друг… э… отец? – Вспомнил он, как назвал меня Комаров. – Он тоже согласился помочь.

Я пригвоздил Олби к двери Евы одним взглядом, и друг понимающе усмехнулся:

– Я уже сдал, пока ты храпел в комнате отдыха, буйный медведь. Кстати, я наябедничал, что у тебя первая группа крови, приятель. Так что тебя там с нетерпением ждут.

– Спасибо, – криво усмехнулся я.