Служанка

 — А с завтрашнего дня придется самой сведения добывать, — он сделал паузу и уточнил: — Вопросы есть?

Я пробежала глазами по документам, прикинула и отрицательно качнула головой. Все понятно, да и сложностей, на первый взгляд, никаких нет. Кроме одной очевидной — как договориться с Салтой? Вряд ли она так уж легко согласится мне помогать.

— Если старшая заартачится, говори мне, я сам с ней разберусь, — сказал дан Кражич и озабоченно нахмурился. — Ладно. Садись и пиши. Поглядим, что у тебя получится.

Я села за стол и взялась за перо. Рука еще немного ныла, но уже не так сильно, как раньше. Буквы ложились на бумагу ровно, без усилий.

Управляющий постоял немного, наблюдая, как я заполняю колонки, хмыкнул непонятно чему и пошел к выходу.

— Сегодня здесь поработаешь, а с завтрашнего дня найдем тебе что-нибудь подходящее, — пообещал он. — Раз в седмицу будешь подводить итоги и ко мне на доклад приходить. Посмотрим, как справишься.

Он уже почти дошел до двери, но потом обернулся, с сомнением посмотрел на меня и спросил:

— Ты считать-то умеешь?

А не поздно ли дан Кражич спохватился? Надо было раньше спрашивать, когда на новую должность меня определял. А он только сейчас узнать озаботился. Интересно почему? И что это за назначение такое странное?

— Илинка? — переспросил управляющий.

Я торопливо кивнула. Еще бы не уметь! Сестра Драгомира меня всегда в пример ставила, она считала, что моя любовь к арифметике достойна похвалы и подражания. «Берите пример с леди Скерци, — говорила сестра остальным воспитанницам. — При своих природных способностях к точным наукам она проявляет завидное прилежание. А это много значит. Мало иметь талант, нужно еще и развивать его, побеждать лень, трудиться». Я вспомнила худое, с тонкой желтоватой кожей лицо сестры Драгомиры, ее серьезные серые глаза, высокую худощавую фигуру, низко надвинутый на лоб белый покров…

— Ладно, разбирайся тут, — густой бас дана Кражича заставил меня забыть о прошлом и вернуться в настоящее. — Если будет что непонятно, приходи, объясню.

Управляющий пригладил кончики своих мудреных кос и бросил на меня задумчивый взгляд. Мне почудилось, что дан хотел что-то добавить, но он только нахмурился и вышел за дверь. А я дописала в крайней левой колонке имена слуг, отложила перо и огляделась вокруг. Дан Кражич выбрал под свой кабинет одну из отремонтированных комнат на первом этаже. Мебели в ней было немного: добротный письменный стол, стул, на котором я сидела, высокий шкаф, забитый книгами и бумагами, два кресла у окна, между ними еще один столик, только маленький, на нем графин с вином и пара бокалов. И часы большие в углу. А штор нет. И пол голый, без ковра, только доски свежевыкрашенные блестят. Все просто и без изысков, как и сам управляющий.