Служанка

А еще арн велел всю прислугу переодеть в новую форменную одежду, как в настоящих благородных домах. «Чтобы я этого убожества больше не видел», — сказал хозяин, разглядывая переминающихся перед ним с ноги на ногу слуг. Вот и сейчас, видать, опять какие-то новшества будут, не зря же нас всех собрали.

— Лорд Крон распорядился составить на каждого из вас сказ, — усевшись за стол, произнес управляющий. Голос у него был громким, в самом дальнем уголке большой залы слышался. — Имя, место рождения, возраст, должность. Знакомы ли с грамотой, есть ли родные, сколько лет в Белвиле служите.

Мать-Создательница! Только этого не хватало.

Я невольно поежилась. С чего вдруг такая блажь? Зачем арну знать о нас все подробности? И что, если он их проверить решит? Сердце тревожно екнуло.

— Я называю имя, вы подходите и отвечаете на вопросы. Понятно? — спросил дан Кражич, и его пристальный взгляд прошелся по слугам.

Те молча закивали головами.

— Вот и хорошо, что понятно, — усмехнулся управляющий. Он взял в руки перо и произнес: — Станимир Лершик.

Дворецкий, шаркая, вышел вперед и остановился перед столом.

— Год и место рождения, — посмотрел на него дан Кражич.

— Тысяча семьсот двадцатый, Стобард, — с достоинством ответил дворецкий.

Его длинный нос чуть дрогнул, кустистые брови нахмурились, а складки век скрыли зоркий обычно взгляд.

— Родственники есть?

Дан Кражич не поднимал головы от бумаг, но мне почему-то казалось, что он прекрасно видит и Лершика, и всех стоящих вокруг.

— Сестра проживает в Старконе.

— Грамоте обучен, — это не было вопросом, но дворецкий замялся. — Дан Лершик?

Управляющий посмотрел на старика. Тот продолжал мяться.

— Понятно, — негромко сказал дан Кражич и задал следующий вопрос: — Сколько лет служите в Белвиле?

— Шестьдесят два года, — с достоинством ответил Лершик. — Начинал с младшего лакея, потом несколько лет был камердинером лорда Вацлава, а после его сиятельство меня до дворецкого повысил.

Ничего себе! Получается, Лершик всю свою жизнь в замке провел.

Управляющий кивнул и махнул рукой, показывая, что дворецкий может идти.

— Салта Кранер, — прозвучало следующее имя.

Старшая, сменившая цветастую юбку и блузку с пышными рукавами на темное форменное платье, засеменила к столу. Связка ключей у нее на поясе тихо позвякивала в такт торопливым шагам.

— Безоблачного дня, дан Кражич, — поклонилась управляющему домоправительница. Голос ее звучал льстиво и угодливо.

Правда, на дана Кражича это особого впечатления не произвело. Он еле слышно хмыкнул и принялся задавать те же самые вопросы.

Старшая отвечала на них непривычно елейным голоском, но, когда речь зашла о грамотности, так же, как и дворецкий, смущенно замялась.

Дан Кражич посмотрел на нее и обернулся к нам.