Служанка

"

"— А я же вам и говорю, милорд, вы к этой безъязыкой получше приглядитесь. Уж больно девка подозрительная, — частила мерзкая баба, а он все больше утверждался в собственной неприязни к этой рыхлой копне.

Нюхом чуял, что-то она скрывает. Глазки черные так и бегают, губы лживые дрожат, и улыбка на них жалкой и неискренней выглядит.

— А в тот день она все в комнате вашей крутилась, — не умолкала домоправительница. — Я данам дознавателям так и сказала, что это она вам яд подсыпала. А кто ж еще? Видит Скарог, больше некому!

— А с чего ей меня убивать? — спросил Штефан.

Он наблюдал за Салтой, обдумывая не ее слова, а то, что за ними скрывалось.

— Ох, милорд, дак ведь деньги лишними не бывают. Видать, заплатили ей, хорошо заплатили, — маленькие глазки домоправительницы алчно сверкнули. — А девка безродная, неблагодарная, вот и польстилась.

Копна продолжала говорить, а он смотрел на нее и представлял, как медленно сворачивает противной бабе шею. Ложь. Все ложь. От первого до последнего слова. Ох и оставил дед наследство! Змеиный клубок, а не прислуга.

— К тому же пришлая она, — заливалась домоправительница. — А от пришлых завсегда одни беды, ко всякому злу они приучены. Кормишь их, поишь, а вместо благодарности — злоба стылая. Вы вот, ежели сомнения развеять хотите, вызовите гадюку, да и спросите прямо, чего она в ваших покоях делала, — предложила Салта, и в ее взгляде мелькнуло что-то, отчего в душу закралось неприятное предчувствие. И лицо девчонки вспомнилось, ресницы длиннющие, синь, из-под них выглядывающая.

— Что ж, и спрошу, — кивнул он и дернул шнур звонка, вызывая камердинера.

— Ваше сиятельство? — возник на пороге худощавый, похожий на сучковатую жердь слуга.

— Найди Илинку и приведи ее сюда, — велел Штефан.

— Слушаюсь, милорд.

Слуга исчез, а мерзкая баба снова завела свою песню о том, какие все вокруг неблагодарные. Штефан слушал ее, но мыслями был далеко. Что-то свербело в душе, тревожило. И даже расследование больше не волновало. То, что домоправительница в покушении замешана, он уже не сомневался. Как и в том, кого она на роль «отравительницы» выбрала. Он не торопился ее обличать, ждал подходящего момента, но и сам не заметил, как все это отошло куда-то в сторону. Девчонка… С ней что-то не так. Слишком уж уверенно Салта себя ведет… Слишком… Рагж!

Он рывком поднялся с кресла, и в тот же миг дверь кабинета открылась и показался Данко.

— Простите, милорд, — испуганно проблеял слуга. — Но Илинку с утра никто не видел.

Проклятье! Вот что ему покоя не давало! Живой этим выродкам девчонка не нужна!

— Я же говорила, милорд! — торжествующе выпалила Салта. — Это она отраву подлила, потому и убёгла! Испугалась, что…

Договорить копна не успела.