Случайный трофей Ренцо (СИ)

Хотелось плакать, но слезы давно закончились, в душе осталась только пустота. И сейчас эта пустота готова была разорвать ее."

"Зачем же он здесь? Зачем приехал? Только лишняя боль…

И не смотрит на нее…

— Ренцо… — позвала она, даже не надеясь…

Но он вдруг поднял глаза. Глянул прямо на нее. Он так смотрел, словно кроме них двоих тут никого не было. Спокойно. Мэй только сейчас осознала это — он не боялся. Ни страха, ни отчаянья, даже боли почти не было… то есть была, но где-то там, далеко, почти за границей восприятия. И только спокойная решимость.

Так, что ей самой стало немного страшно.

— Ренцо… — голос дрогнул.

— Не бойся, — тихо и чуть хрипло сказал он, облизал губы.

И Мэй всхлипнула, словно от звука его голоса что-то сломалось. Бросилась вперед, рванувшись из рук Тарина, он позволил сейчас. Прижалась лицом к прутьям клетки.

Она сделает все, и даже больше, чтобы Ренцо остался жив. Не позволит… Все, что угодно!

— Зачем ты здесь? Зачем, Ренцо?!

Он сглотнул. Вдохнул глубже и кашлянул, прочищая горло, собираясь с силами. Потянулся, схватился за прутья клетки и с усилием встал на ноги, хотя выпрямиться все равно не мог, слишком низкий потолок.

— Я пришел сюда бросить вызов эмиру Айтарину! — громко сказал он. Без крика, ровно, но так, что его голос разнесся по всей площади. Нарастая. Без усилий, словно привычно перекрывая грохот боя, отдавая приказы. Люди начали оборачиваться. — Я хотел вызвать его на поединок, но он испугался. Приказал своим людям схватить меня.

Говорил так, словно он не в клетке, словно не голый, избитый, со связанными руками. Словно имеет на это полное право.

Имеет.

Недавно Тарин сам заставил всех вспомнить этот старый закон.

— Заткнись! — зашипел Тарин. — Я убью тебя!

Поздно. Слышали все. Воины, стоящие рядом, простые люди, занятые на дворцовой площади повседневными делами, нойоны Тарина… Слышали и не забудут.

Но это невозможно.

— Любой свободнорожденный воин, доказавший свою доблесть в бою, имеет право бросить вызов вождю! — говорил Ренцо спокойно и уверенно. — Я, Лоренцо Луци, илойский патриций, легат двадцать четвертого микойского легиона, три года назад, будучи трибуном, принимавший сдачу Этрана, вызываю тебя, Айтарин Кайяши, эмир Джийнара!

Почти истеричный смех Тарина за спиной, словно клекот.

Это, и правда, почти смешно. Вызов? Даже Юттар не смог. Ну, куда ему?

— Ты хочешь убить меня?

— Хочу, — уже тише, лично для него. — Я пришел за Мэй.

Мэй казалось — это дурной сон. Слишком нереально. Так не бывает.

Оглянулась, пытаясь осознать или проснуться. Ущипнуть себя за руку.

Сзади, от колоннады открытой галереи к ним шел Ин-Айтран, троюродный дядя, капитан дворцовой гвардии, и несколько воинов у него за спиной.