Случайная тайна от олигарха

Разве это не доверие? Не любовь?

— Теперь все будет по-другому, — обещает или же ставит перед фактом Давид.

Достаточно чувствительно обхватывает пальцами чуть выше локтей и мне ничего не остается, как запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза.

— Ты же понимаешь, Мирьям, что я тебя больше не отпущу? Никогда! — последнее слово звучит, как самая настоящая клятва ревнивого собственника и почему-то мне это безумно нравится.

Правда чувствую себя так глупо! Душа буквально молит о том, чтобы податься к Давиду и разреветься от счастья на широкой груди, но что-то останавливает меня. Должно быть, как всегда, чувство неуверенности. И почему мне так сложно признаться в чувствах? Сказать все, как есть. Ну, почему я такая?! Все потому, что я никак не могу поверить, что меня могут любить просто так — потому, что я — это я. А вдруг Давид делает все ради…"

"С языка срывается совсем не то, что находится в сердце, а то, что мучает подозрениями разум:

— Ты, правда, поможешь мне вернуть наследство?

Широкие ладони Давида скользят нежно к моим плечам, а затем принимаются мягко массировать предплечья.

— Я все решу, — шершавые подушечки пальцев так приятно прикасаются к чувствительной коже, что я почти млею под этими прикосновениями. — Настолько, насколько в моих силах, милая.

Милая… Прикрываю томно глаза, не в силах бороться с окутавшей, словно теплый кокон, негой.

— Я отдам тебе половину, — шепчу, полностью растворяясь в нежной ласке. — Это будет мое приданное.

Сильные пальцы на секунду останавливаются, а затем продолжают свой путь выше, к шелковистой тёмной массе волос. Один из пальцев отводит в сторону ароматную прядь и проходится по взволнованно бьющейся жилке, прежде чем я слышу:

— Это не важно.

Голос Давида неуловимо меняется, и я поспешно открываю глаза. Скептически фыркнув, слегка наклоняю голову набок. Проснулась моя рациональная сторона. Ну, а что поделать? Слишком уж я похожа на своего отца.

— Важно. Ведь в мое наследство входят акции «Парадайз». Как же слияние? Несколько секунд он пристально смотрит на меня, словно изучая, а затем неопределенно кивает.

— Как скажешь, — взгляд карих глаз опускается на наручные часы, а затем следующей фразой Давид буквально выбивает воздух из лёгких. — Сейчас заедем на квартиру, соберешь самые необходимые вещи.

Любимый бросает с интересом взгляд из-под бровей, словно не зная, чего именно от меня ожидать. Будто вот-вот произойдёт взрыв или накроет мощной волной цунами. Неужели я такая противная? Такая вредная? Не уступчивая? Задаю себе вопросы, прекрасно зная на них ответы. Да, Давиду не отказать в железной выдержке и нервах.

— Зачем? — в моем голосе плещется удивление, но, кажется, я уже понимаю, к чему ведет Давид.