Случайная жена

Хрипло выдохнув, он судорожно, зло, одним рывком стянул рубашку, отбросил в сторону одеяло и коснулся губами моей груди через тонкую ткань сорочки. Я нетерпеливо выгнулась навстречу, плавясь от сумасшедшего желания. Айлин понял всё без лишних слов. Приподнялся, расстёгивая ремень и не отводя от меня взгляда. Тёмно-фиолетовые глаза лихорадочно блестели. Я тонула в них, разлетаясь на тысячи осколков и вновь собираясь в единое целое. Тихо, протяжно застонала от тягучей, почти болезненной вспышки удовольствия, раскрываясь, подчиняясь, чувствуя, как стучит сердце Айлина и как моё собственное вторит ему в том же сумасшедшем ритме. Каждым движением, каждым поцелуем князь вновь и вновь утверждал права на меня. Право сильного. Право главного. Право любящего. «Моя!» – читалось в его глазах. «Моя!» – стучало сердце. И я не спорила, с готовностью соглашаясь со всем, безмолвно отвечая губами, взглядом, всей сущностью: «Твоя. Навсегда твоя…»

– Полагаю, это можно считать ответом, что чувствуешь ты себя вполне неплохо, – произнёс Айлин много позже, когда мы, насытившись, наконец, друг другом, лежали обнявшись.

– Можно, – согласилась я, утомлённая настолько, что лень было даже языком шевелить. Хотелось так и заснуть на плече у князя. – Я чувствую себя просто замечательно.

И тут же тревожно вздрогнула, вспомнив очень важную вещь. Поднялась на локте, заглянула Айлину в глаза и задала вопрос:

Спросить, мёртв ли принц, не повернулся язык. Отчаянно хотелось верить в лучшее, пусть я и не слышала дыхания Эрика в последние бесконечно длинные минуты перед тем, как нас наконец-то нашли.

– Жив, – успокоил меня князь. – Кузен выбрал крайне неудачное время и место для того, чтобы умереть. От такого количества некромантов за Грань еще никто не уходил.

Я выдохнула, чувствуя, как потихоньку разжимается чудовищная пружина, как уходит напряжение. Даже после услышанных накануне откровений предпочла бы не иметь никаких дел с Эриком. Как и Кристиэль, рыжий принц обладал слишком альтернативной моралью, действовал, исходя из личных интересов, и плевать хотел на мнение всех окружающих. Но смерти ему я не желала. Оставалось ещё одно – рассказать, зачем я понадобилась Леандру эль Деккару.

Распиналась я минут десять, вспоминая всё, что рассказывал сам гений от науки и что с его слов передал мне Эрик. О том, что согласилась бы лишиться дара, если бы после этого я перестала быть средством для открытия Разлома, тоже упомянула. Ожидала любой реакции, кроме спокойного:

– А почему тогда слушал? – Я растерянно моргнула.

– Всегда любопытно сравнить две версии, – улыбнулся он в ответ. – Тем более, когда одна из них принадлежит Эрику.

– Кажется, я многое пропустила, – задумчиво протянула я.