Случайная жена, или Наследство в подарок

Тихо пройдя в гостиную, я услышала взволнованный голос Руса:

— Ты… ты меня узнал?

Интересно, что такого Богдан ему сказал или как себя выдал?

— Не-е-т, мужик, — последовал торопливый ответ Залесского, — Она сказала, что не замужем. Так что я не при делах. Пропусти, а? Нет, ну конечно, можешь мне дать по морде, что я с твоей же…

— Держи его, Рус! — прокричала я, не выдержав этого бреда.

Зрительная картина никак не могла встать в один ряд со слуховой. Про эмоциональную я и вовсе молчала, она где-то там валялась в обмороке и, кажется, даже не дышала.

Мужчины стояли у порога — Рус в коридоре, Бо еще в номере, но только по нему было очень заметно, как сильно ему хотелось поскорее покинуть мой номер. Руслан же, на чьем лице читалось полное замешательство, не давал Залесскому пройти.

— Аврора, что происходит? — спросил Рус, видимо, у меня, но все это время не отрывал взволнованного взгляда от своего брата.

— Мне тоже очень интересно, — я сложила руки на груди и прислонилась плечом к стене, — заходи. Не стой на пороге. А ты, Богдан, будь добор, удели нам еще пару минут своего свободного времени. Думаю, за девять лет мы это заслужили.

Меня трясло, но, как ни странно, голос был ровным. Наверное, сейчас даже Залесская-Вострова, которая знала меня лучше, чем я саму себя, ни за что бы не догадалась, что именно творилось у меня внутри. Я поразительно хорошо держала лицо, стоило лишь на мгновение глянуть в отражение зеркала у двери, чтобы это понять.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — выдал Богдан замогильным голосом, смотря на Руслана, а потом скривил губы и с издевкой произнес: — Ульяна.

— При чем здесь Уля? — рассеянно выдал Рус и все же зашел в номер, потеснив Богдана, заставив его сделать шаг назад.

— Я говорю о том, — проигнорировав вопрос деверя, я ответила Богдану, — что ты либо меня только что вспомнил, либо…

— Так вы аферисты? — Богдан наконец-то повернулся ко мне и посмотрел как-то по-новому. Только вот не аферистку он во мне видел, а просто заново знакомился. Я не знала, как это объяснить, но явно видела и слышала его вранье. Его бессмысленное трепыхание, за которое была готова его растерзать. И ненавидела. Да. Именно ненавидела. Потому и держала свою внутреннюю дрожь под контролем, так же как и тон голоса.

— Не знаю, откуда вы узнали про мою потерю памяти, только не думайте, что у вас получится на этом сыграть и развести…

— Ты бы это… — Рус хлопнул Богдана по плечу и тут же с силой сжал руку, подавая на физическом уровне сигнал остановиться.

Залесский от этого жеста прищурился, но замолчал.

— У меня только два варианта: либо ты меня просто не узнал, но все прекрасно помнил, либо ты не помнил ничего, но пару минут назад как раз таки вспомнил. Ты же отнекиваешься сейчас от обоих вариантов.