Случайная мама

– А мы-то что? – отвечает он раньше меня. – Лосин нет, мохнатые бриджи вышли из моды еще со времен, когда пропали все мамонты. Пожалуй, мы поищем что-нибудь интересней.

И вот теперь Натали все же бросает взгляд на меня. Легкое недоверие, обеспокоенность, готовность, если что, заступиться. Ох, Пончик, куда тебе с ним воевать? Он же так топчет…

– Уверены? – спрашивает она у меня.

Да нет, конечно! Никуда я ним не поеду! Вот еще! Это же постановка, на которую потом билет не достать!

А Яров между тем протягивает руку и пытается взять бокал, в который я вцепилась мертвой хваткой, потому что только он и помогает мне устоять на земле.

– Я даже могу показать… – говорит Матвей Сергеевич голосом змея-искусителя, и я…

А что я? Даже Ева устоять не смогла, хотя у нее и был рядом Адам. А у меня вот даже забрали бокал!

– Уверены, – отвечает Матвей Сергеевич за нас двоих.

И, предложив мне новую точку опоры в виде своей руки, выводит из здания.

Матвей Сергеевич хмурится. А я смотрю на причину того, из-за чего неделю приходила в себя, и, откровенно говоря, нахожусь в легком недоумении. Стоило из-за этого так далеко ехать?

– Ну-у, я даже не знаю, как сказать, чтобы не обидеть… Но какой-то он очень маленький.

– Маленький?! Он больше стандартных размеров!

– Хорошо-хорошо, – соглашаюсь поспешно. – Пусть будет не маленький, просто… слегка грустный, вы не находите?

– И вялый. Это можно как-то исправить?

– Грустный и вялый? Да он готов броситься в бой!

– И вот снова не хочу сказать ничего обидного, но я как-то бой представляю хотя бы немного поэнергичней. А тут сразу видно: сил хватит максимум на пару секунд.

– А ты присмотрись повнимательней!

Делаю так, как он советует, но чем дольше смотрю…

– Вообще-то, – деловито говорит Матвей Сергеевич, – на приличную битву нужно бойца вдохновить!

– И что вы предлагаете?

– Ну, ты взрослая, умная женщина, я надеюсь, что сама догадаешься.

– Это да, – соглашаюсь. А что же мне, спорить после такого комплимента? – Но здесь, кажется, не справлюсь и я.

– Опять все приходится делать самому, – ворчит он. – Хорошо, дай свою руку. Угу. Вверх. Вот так… Ласковей, нужно ласковей… немного нежнее… Отлично, у тебя все получается!

– А ты сама разве не видишь, как он тебе рад? Вот так, не бойся его… А теперь сожми ладонь… ну как тебе?

– Вы правда хотите, чтобы я описала свои ощущения? Волосы, конечно, шелковистые, мягкие – тут даже зависть берет, но если бы их было немного поменьше…

– Вот еще! Это естественная красота!

– Но так ведь не очень удобно, смотрите, волосы такие густые, что практически все закрывают.

– Снова недооцениваешь. Там еще много чего остается!

– Ну, вам, конечно, виднее…

– Но у меня вот даже пальцы запутались.

– Это от недостатка опыта.