Слово авторитета

Интуиция подсказывала ему, что не стоит пускаться во все тяжкие и сейчас самое благоразумное в его положении — зарыться в нору и негромко попискивать по мобильному. Хотя, конечно же, существовала какая-то программа-минимум, включавшая в себя вполне джентльменский набор удовольствий: пару рюмок водки под хорошую закусь, спелую бабенку на ночь да откушать от пуза пельменей. Как это ни странно, но последнего ему хотелось больше всего.

Место для лежки Ханов Ильсур выбрал тихое — на самой окраине Бирюлева, поселившись в обычном панельном доме. О существовании этой квартиры знало только ближайшее окружение Хана. Вдали от оживленных перекрестков он чувствовал себя не только спокойно, но и в безопасности. Народ в доме жил не балованный — натри подъезда приходилось всего лишь две старенькие «шестерки» и один «Москвич». И потому, когда во двор вырулил серебристый «Мерседес» с четырьмя фарами, Ильсур забеспокоился всерьез.

Мишу Хвоста он узнал сразу, едва тот вышел из салона. Они уже год как не виделись — пучок волос на затылке Миши был теперь значительно длиннее, а в остальном прежний Хвост. Разухабистый, шальной, чуточку нервный, он зачем-то накричал на двух сопровождавших его парней и уверенно скользнул в подъезд, где проживал Хан. Ильсур отошел от окна и уже через несколько секунд услышал уверенный звонок в дверь.

С минуту Хан разглядывал Мишу через дверной «глазок», усиленно соображая, а стоит ли впускать нежданного визитера в собственную крепость, но задорный голос вора рассеял его последние сомнения:

— Ильсур, открывай, я знаю, что ты здесь. Уж не такой же ты невежливый, чтобы не впускать старых друзей.

Хан повернул дважды ключ и нешироко распахнул бронированную дверь.

— Как ты меня нашел? — спросил Ильсур после рукопожатия.

Миша Хвост по-хозяйски прошел в комнату и упал в большое мягкое кресло, разбросав длинные руки на подлокотники.

— Ты забыл истину, дорогой мой Ильсур, если тайна известна двоим, то она делается достоянием общественности. Так что я тебе настоятельно рекомендую избавляться от лишних свидетелей.

— Ладно, зачем пришел? Выкладывай! — Хан не торопился садиться, давая понять, что времени на праздные разговоры у него маловато.

Миша Хвост усмехнулся и с улыбкой произнес:

— Неласково ты гостей встречаешь. Мог бы и рюмочку предложить… Ну да ладно, если ты такой конкретный, начну сразу по делу. Оружие из Текстильщиков пропало не по твоей милости?

Миша Хвост выглядел вполне доброжелательным, в глазах — озорные искорки, но интуиция подсказывала Хану, что от его ответа зависело многое, возможно, собственная жизнь.

— Нет, я к нему отношения не имею.