Сломанное сердце

Как он там, интересно? Перед сном, лежа в темноте, немного фантазирую на тему, как у нас могло бы сложиться, будь всё по-другому. Ладно, не всё. Но хотя бы будь я на пять лет младше и не замужем.

А засыпаю с мыслью, что пять лет не такая уж огромная разница…

Однако утром понимаю, что всё это надо срочно прекращать. То есть между нами и так, конечно, ничего нет, но ощущение такое, что есть. Ну или наклевывается. Вчера весь день блаженно улыбалась и даже сегодня, не успела проснуться, как сразу думаю про него. А это недопустимо. Быть влюбленной дурой и впутаться в отношения с мальчишкой – самое последнее, что мне нужно.

* * *Вся эта и следующая недели выдаются крайне напряженными. Несколько раз даже приходится просить Игоря, чтобы провел вместо меня семинары, потому что буквально пропадаю в суде. И не только в суде."

"В общем-то, это как раз обычная практика – когда в работе сразу несколько дел. Но большая часть работы – это рутина, с которой вполне справляются и мои помощники. А тут случай довольно сложный. Мужчина, водитель крупной компании, месяц назад сбил на служебной машине пешехода. К счастью, не насмерть, но травмы там серьезные. Да и выживет или нет пострадавший – еще неизвестно. Вина его очевидна. Но проблема в другом – компания всеми силами пытается из своего бывшего водителя сделать козла отпущения. Хотя у них там нарушений – целый воз: и с техосмотром, и с нарушением трудовых норм – водитель больше суток провел за рулем по приказу директора, и мухлеж с документацией. И что самое прекрасное – попытки подкупа и угроз. Директор компании давил и на него, и на его семью, и на меня, чем, конечно, распалил ещё больший азарт. Но на универ эти дни меня просто не хватает.

А в субботу, поздно вечером, вдруг звонок с незнакомого номера. Я в первый момент решила, что это снова кто-то от хозяина компании: так уже было на прошлой неделе. Правда, сейчас-то что? Мы своего добились, директор теперь под следствием, и отыграть назад у них уже не получится. Но беру трубку и слышу сначала звук, как будто кто-то выдохнул, улыбнулся, а потом:

– Привет, Лера.

– Артём? – узнаю его моментально, и сердце вздрагивает. Но лишь на миг. Сразу беру себя в руки.

Шаламов, кстати, разболелся не на шутку. Две недели уже не появляется на занятиях. Я как раз сегодня спрашивала у Игоря, вернулся ли он в строй. Оказалось – нет.

– Как твое здоровье?

– Жив пока. А твое?

– Замечательно.

Напоминаю сама себе, что собиралась ему сказать, что я для него – преподаватель и больше никто, а потому он должен обращаться ко мне на «вы» и «Валерия Сергеевна», только так, всегда, без исключений. Но почему-то ничего этого не говорю, а просто слушаю его голос. И против воли улыбаюсь…

– Лера, ты как? Наши сказали, что тебя не было.