Сломанная защита

Ему самому немного неловко: — Мы не предохранялись в прошлый понедельник.

— Да, я сдала анализы, свою справку пришлю тебе на неделе.

— Я не об этом. Если ты окажешься беременной, ты ведь сразу скажешь мне? — он ловит мой взгляд, мы смотрим друг другу в глаза, мне почему-то сильно хочется с ним целоваться. Возможно, дело в паре глотков вина или в волшебном тепле, исходящем от настоящего огня.

— Завтра-послезавтра как раз узнаем, — пожимаю плечами, смущаясь. — Какой результат тебе больше понравился бы? — и тут же жалею, что озвучила этот вопрос. Очень боюсь разочароваться в этом мужчине. Пытаюсь себя настроить, что заводить детей именно сейчас — идея опасная, и настолько логичный человек, как Осадчий, непременно это понимает, да и сама я пока не готова. С ним заводить семью. Наверное. Но как же не хочется разочаровываться! Хоть кулачки держи, да разве это помогает взрослым людям справляться со взрослыми сложностями?

— Я бы, конечно, впал в шок. Но это была бы хорошая новость.

— Правда? — я произношу эти слова не с надеждой — скорее, со скептическим окрасом. Дескать, сама считаю иначе. Андрей нужен мне, но я не готова пока демонстрировать, как сильно.

— Да, я думал об этом еще в прошлый понедельник. О, полночь! Со Старым Новым годом, Яблочки!

— Поздравляю, мой Президент, — мы чокаемся, обмениваясь манящими взглядами и легкими касаниями. По глоточку отпиваем из бокалов, а затем с удовольствием целуемся, но не спешим продолжать. Оба знаем, чем завершится эта ночь, и нам нравится оттягивать заветный момент. Мне нравится. Я все еще на его коленях, он обнимает меня, поглаживая то бедра, то талию. А ведь еще… не нацеловалась, если честно. Секс с ним отличный, но все же он — это кульминация. Я не хочу лишать себя всего, что ей обычно предшествует.

— У тебя нет детей? — спрашиваю, раз уж мы говорим откровенно.

— Нет, — отвечает, слегка остывая. Умею я осаживать.

— Вы с женой не хотели? Или… не успели?

— Мы недолго прожили вместе. И тогда… Честно говоря, тогда мы ссорились на эту тему. Там, конечно, моя мать щедро подливала масла. Ей не нравилась моя девушка.

— Из-за того, что она была старше?

— Да. Но с девицами младше или ровесницами у меня не получалось ничего вообще. Я очень много работал. Причем я не пытаюсь сейчас набить себе цену, я света не видел. Ночевал в офисе минимум дважды в неделю, на первом этаже располагался дешевенький спортзал, ходил туда мыться. У нас даже была такая шутка: личная жизнь — для слабаков, настоящие юристы всегда выбирают работу. Девчонки не понимали, считали, что я пренебрегаю ими, хожу налево или еще что-то. Юристам сложно строить отношения.

— Пока они не открывают собственную юрфирму, — улыбаюсь, окидывая взглядом дом и дорогое вино, он подмигивает.