《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

com/r/jack_gelb

Всяческого вам процветания, мира, благолепия, радости и весёлости! Спасибо, что вы с Гойдой, спасибо, что вы со мной! Приятного чтения!

Часть 6. Глава 1.

- От и вертихвостка, тьфу ты, - бросила княгиня Старецкая, поглядывая поверх рукоделия.

- Да полно ж тебе, голубка, на Евдокию-то ворчать, - упрекнули её молодые подруги, - поди, как бабка старая ворчишь!

Сама княгиня только ругнулась себе под нос, отправляя платок. Подруги были правы – далече была осень её лет.

Сидела Ефросинья в тени густых лип, да поглядывала, как юный сын её, Владимир, всё носится по двору, догоняя резво молодца, что успел выкрасть венок Евдокии. Сама же девушка, босая и растрепанная игрой, укрылась за деревом. Юркий взор её поглядывал, кто из юнош изловчится, да кому же достанется её венок.

Молодые играли весело да беззаботно, да вдруг юная Евдокия вздрогнула, замерла в ужасе, да милых друзей своей окрикнула.

Женщины, что сопровождали юных на прогулке, так же подняли головы, обращаясь к дороге, что вела из дворца.

Сперва показались трое высоких стражников, а лишь опосля худая фигура юного владыки.

Все тотчас же оставили забавы, пали ниц на колени пред Иоанном Васильевичем, вот уж два года именуемого царём.

Государь был худ и несколько нескладен, долговяз. Облачение его, величественное и богатое, подгонялось под юношу, и сейчас оно лежало тяжким бременем на сутулых плечах."

"Подле царя шёл да оглядывался по сторонам крепкий воин. Он был молод и светел лицом, и, несмотря на то, пара седых прядей уже сребрились подле висков. В самих же волосах поблёскивали паря серебряных бус.

Иоанн жестом остановил стражу, что шествовала подле него. Владимир с друзьями ещё не успели перевести дух, когда царь протянул перстень одному из них. То был юных князь, Иван Бельский. Он припал к царскому перстню, подняв взор на владыку. Иоанн же не удостоил князя и беглым взглядом.

Не дав никакого ответу, Иоанн положил руку на плечо Владимира, и жестом просил следовать с ним.

Царский брат лишь кратко переглянулся с матерью, да пошёл с Иоанном. Царь ступал, заложив руки за спиной, и несколько подавшись вперёд.

- Уж позабыл, Вава, милость да доброту Бельского-отца? Доброго опекуна нашего? – вопрошал владыка, - Позабыл, какого ютиться, точно звери беспризорные – где придётся? Давно ли руки знобило, что уж огнём жгло?

Владимир сглотнул, да с виною опустил взгляд в землю, поспевая за братом.

- То отец его, но сам Ваня славный малый, и верный твой друг и слуга, - ответил Владимир.

- Бельские не друзья нам, - отрезал Иоанн.

…

Иоанн глубоко выдохнул, слушая донесение Малюты. Пальцы владыки, унизанные перстами, стучали о подлокотники трона.

С тех пор как владыка вернулся в Новгородский Кремль из похода, нрав его сделался жёстче, угрюм был владыка, нелюдим.