《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

- И ведь с чего ж тебе опасаться, ежели схватят за руку? На особом же ты счету! Вот, право, любо, за какую же выслугу?

- Довольно! Не гоже нам спорить меж собою! – немец встрял меж ними, заслонив собою Фёдора.

Афанасий презрительно хмыкнул, да сплюнул наземь. Тут уж и Басман-отец хмуро и сосредоточенно глядел за ходом сей склоки, да видел, как громадные кулаки Афанасия уж сжимаются со злобы, да видно, немец вовремя подоспел, и пыл опричника пошёл на убыль.

Уж было князь и оставил гнев свой. Буркнув что-то под нос едва ли не отошёл он от юного Басманова, да тот в долгу не остался.

- Ибо Спаситель Наш поведал, - ответил Фёдор, - не возжелай дома ближнего твоего; жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего.

В тот же миг обернулся Вяземский. Резкая усмешка и тотчас же занёс кулак свой над головой и непременно бы обрушился всею силою да яростью на Фёдора, да Басман-отец подле Афанасия был. Поймал руку Вяземского Алексей.

В ярости Афанасий тряхнул рукой, силясь её высвободить, чем лишь поднял гнева в душе Алексея. Никто не успел опомниться, как Басман-отец сцепился с Вяземским в драке. Иные опричники стояли в оцепенении, из которого их вырвал голос Фёдора.

- Генрих, оттащи Афоньку! Васька, помогай! – скомандовал юный опричник и тотчас же принялся оттаскивать собственного отца.

В том ему тотчас же помог князь Хворостин, который уж был рядом. Немец, Грязной и два иных думных боярина из опричнины усмирили силою Вяземского.

Тот же, точно придя в себя лишь тряхнул плечами да поднял руки, безмолвно заявляя, мол, не держу нынче зла. Токма после того опричники пустили его.

Вяземский бросил короткий взгляд на Басмана-отца, да затем на Фёдора, что был за спиною Алексея. Афанасий усмехнулся в неком подобии жестокого презрения, да сплюнул на пол, утирая свой нос.

После того захватил широкою лапищей своей сокровищ, не глядя – первое, что под руку попалось – на серебряных цепочках свисали литые кресты с самоцветами, браслеты в полруки, массивные кулоны. С той добычею и вышел прочь.

Немец было вздохнул и отряхнулся, да поднял взгляд на Фёдора, который сохранял на лице своём привычную беспечность. Прошёл Андрей мимо друга своего, да молвил что-то на своём наречьи вполголоса.

Кивнул Фёдор, ничего не ответив.

Алексей же оглядел братию, что уж собрались на драке, да всё не сводили глаз с Басмановых да поглядывали вслед Вяземскому.

- По чём вылупились, колоброды мухоблудные? – рявкнул Басман-отец.

Тотчас же опричники отвели взгляд свой на драгоценные горы, к окнам али выходу, да хоть на голый пол.

Оттого и не видели, как Басмановы перекинулись меж собою короткими взглядами, да и не обмолвившись, продолжили разглядывать дары щедрой столицы великой земли русской.