Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Поэтому в этом Постановлении особый упор был делан на то, что сталинский культ никоим образом «не изменил саму природу социализма» и все его негативные явления успешно преодолены благодаря решительной позиции «ленинского ядра» в высшем партийно-государственном руководстве страны.

Тем временем 16 июля 1956 года Президиум ЦК рассмотрел очередной проект секретного Письма ЦК КПСС «Об итогах обсуждения решений XX съезда»[401], которое по его поручению готовила очередная партийная Комиссия во главе с новым секретарём ЦК Леонидом Ильичом Брежневым. Это секретное письмо, в котором уже присутствовала информация «о репрессивных мерах» в отношении отдельных коммунистов и даже роспуске одной из партийных организаций АН СССР за «неправильное обсуждение решений XX съезда», должно было окончательно пресечь «идеологический разброд» и вновь дать совершенно чёткие установки о допустимых рамках критики сталинского культа, чтобы она не переросла в «критику социалистических ценностей». После некоторой доработки это письмо было одобрено Президиумом ЦК и направлено во все партийные организации страны.

Между тем, как считают целый ряд авторов (Р.Г.Пихоя, Р.А.Медведев, Н.Верт, А.Паповян, Е. Паповян[402]), политические события уходящего года оказались неутешительными для Н.С.Хрущёва. Уже поздней осенью 1956 года, особенно после кровавых венгерских событий, его позиции в высших эшелонах власти сильно ослабли. Зримым доказательством этого явления стала «политическая реабилитация» его главного оппонента, самого жёсткого и последовательного критика хрущёвского курса В.М.Молотова, который 21 ноября был назначен министром госконтроля СССР, что позволило ему непосредственно влиять на работу всех правительственных учреждений, включая и силовой блок Совета Министров СССР.

Кроме того, под влиянием продолжавшейся антисталинской кампании стала обостряться ситуация и в самом советском обществе. Дальнейшее обсуждение Постановления ЦК «О преодолении культа личности и его последствий» всё больше стало выходить за очерченные рамки, особенно в среде творческой интеллигенции, что, конечно, не могло не тревожить всё высшее руководство страны. Дело дошло до того, что не только беспартийный классик советской литературы Константин Георгиевич Паустовский, но даже такие верные «солдаты партии», как член Центральной ревизионной комиссии и секретарь Правления Союза писателей СССР, известный советский поэт, писатель и драматург Константин Михайлович Симонов и не менее знаменитая ленинградская поэтесса Ольга Фёдоровна Бергольц, скатились до прямых «антисоветских вылазок».