Слишком поздно для нас

Она сильно изменилась. До брака это был другой человек.

Друг ничего не ответил, да и слова были не нужны. Мы оба отлично знали, что совсем неважно, какой была моя жена, сейчас уже ничего не изменишь. Все произошло как произошло. Я почти свыкся с этой мыслью благодаря моей работе, которая поглощала с головой.

— Я ее видел, Тём — после непродолжительной тишины произнес я.

— Кого, Тимур? — удивился друг, после чего обреченно вздохнул. — Когда?

— Ты знал, что она вернулась? — я оставил его вопрос без ответа. — И что у нее есть ребенок?

Артем некоторое время молчал, вероятно, обдумывал, что мне ответить. По затяжной паузы я догадался, что Данилов знает больше, чем хочет мне сказать.

— Совсем недавно узнал. Тимур, послушай, ничего не изменилось, если б я рассказал тебе. Да и я не уверен, что тебе нужно было знать об этом.

— Абсолютно, черт возьми, согласен, Тёмыч, — коротко ответил. — Меня вполне устраивали твои сообщения раз в месяц о том, что у нее все в порядке."

"— Она вернулась в город месяц назад. До этого момента жила за пределами столицы. Об этом я тебе говорил. Про ребенка я сам узнал пару дней назад. И то совершенно случайно. Больше ничего не знаю, — на заднем фоне послышались голоса, и Артём быстро со мной распрощался. — Ещё звякну на неделе. Не вешай нос, дружище!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— До связи, — ответил я и отключился.

Я ещё долго бродил по улицам столицы, глядя, как просыпается этот огромный город, все куда-то спешили, не замечая такого удивительного солнечного утра и не успевая наслаждаться мгновениями своей жизни.

Вернувшись домой, я устроился перед телевизором, который забыл, когда включал в последний раз, и бездумно листал каналы, не останавливаясь ни на одном из них. Мысли то и дело возвращались ко вчерашней мимолетной встрече с Алиной. А некоторое время спустя раздался телефонный звонок. На этот раз звонил ""обожаемый"" мной тесть.

— Здравствуй, сынок! — радостно поприветствовал меня Роман Федорович.

— Утро доброе! Что-то рано Вы звоните. Не ждал, — ответил я.

— Случилось чего? Неприветливый ты сегодня, Тимур! — сказал тесть. Я был уверен, что он не заметил в моем голосе нотки едва уловимого раздражения, но этот старый пень подмечал всегда и все.

— Вам показалось, Роман Федорович! — соврал я. По его милости все сложилось, мягко говоря, не лучшим образом для меня два года назад. А вчерашняя встреча ковырнула во мне раздирающие душу воспоминания. — Вы по делу или так?

— Да не могу до Карины дозвониться, — произнес мужчина. — С ней все в порядке?

— С чего такая забота, тесть? — усмехнулся я.