Слезы нильского крокодила

— Пойду к девочкам, — сообщила Оксана, поднимаясь, — они без меня не поедут.

— Отлично, — подвела итог голосованию Алина. — После обеда встречаемся здесь.

Оксана открыла дверь, чтобы выйти, и в каюту ввалился смущенный Куликов.

— У нас на все про все пятнадцать минут, — поторопил он нас.

Мы буквально влетели в ресторан на три минуты, чтобы ухватить по бутерброду и выпить по чашке кофе. Во-первых, ресторан уже закрывался. А во-вторых, внизу на набережной нас ждали кареты. Да-да, именно кареты, запряженные лошадьми. Такое было начало экскурсии. Большая часть пассажиров «Рамзеса» была уже на пристани. Кто же откажется прокатиться на лошадках по улочкам старого города?

Как мы не торопились, а задержаться на корабле все же пришлось. Мы уже подходили к трапу, когда нам наперерез бросилась Рада. Выглядела она весьма бледно. Щеки без намека на румянец. Воспаленные глаза в обрамлении белесых ресниц. А губы, которые и рассмотреть не представлялось возможным, сливались по цвету со щеками. В это утро к косметике Рада не прикасалась.

«Бедняжка, когда в семье покойник, не до своей внешности», — мысленно я даже пожалела Раду.

— Вы же из полиции? Меня обокрали! — она схватила мою подругу за руку и, не обращая внимания на меня, потащила в сторону, как я поняла, в свою каюту.

— Вы порвете мне жакет, — одернула Раду Алина. Она даже схватилась за поручень, чтобы та не тащила ее насильно. — Возьмите себя в руки. Вас обокрали? Кто?

— Знала бы кто, морду бы ему исцарапала! — зло выкрикнула Рада.

«Такой — это раз плюнуть», — отметила я про себя, позабыв, что еще минуту назад испытывала к этой женщине чувство жалости.

— Хорошо, поставим вопрос иначе, — придав лицу максимум серьезности, сказала Алина. — Что у вас украли, и кого вы подозреваете?

— Украли у меня саквояж с косметикой.

«Вот, оказывается, в чем причина ее бледного вида», — улыбнулась я.

— Кого подозреваю? Да вот их! — Рада ткнула пальцем на приближающуюся к трапу Оксану и Лилю. — Они и Васеньку убили, и косметичку стырили, чтобы я сама на смерть стала похожа, — захныкала Рада. Выглядела она в этот момент глупее глупого. Женщина, у которой несколько часов назад убили мужа, плачет по туши и губной помаде. — Добить меня хочет по всем статьям!

«Наговаривает? Или ее действительно обокрали? — успела я подумать. — Кто это мог сделать, не представляю, но точно не Оксана»."

"— Я вам уже говорила, что Оксана Василенко не могла убить Василия по той причине, что находилась в моей каюте, — напомнила Алина. У нее и в мыслях не было успокаивать Раду. Она брезгливо поджимала губы и пыталась оторваться от Рады.

— А вы обыщите ее, — потребовала та.

— Не имею права, — отрезала Алина, сведя на переносице брови. — Нет санкции прокурора.