Слепая Вера

Какой бы сильной и стойкой ни выглядела Давьерра, это еще не значит, что внутри она не ощущает горечь и сильную потерю. Кто знает, когда истинные чувства вырвутся наружу. Уоррену хотелось быть в этот момент рядом, чтобы успокоить. Остальные члены семьи чувствовали так же, поэтому они давно уже составили график дежурств, совсем не заботясь о своих удобствах.

Подстегиваемая любопытством, Вера действовала на этот раз намного быстрее. Торопливо расплела растрепанную после сна косу, причесалась и стянула волосы лентой, соорудив обычный хвост. Не слишком изящно, но сейчас на это не было времени.

Умывшись и одевшись, она поторопилась на завтрак. За порогом комнаты ее ждал Уоррен. Он собирался проводить ее до обеденного зала.

– Идем, – произнес он, протягивая дочери руку.

Давьерра явно хотела проделать весь путь самостоятельно. Это можно было понять по ее чуть сдвинутым бровям.

Уоррен понимал, что нужно давать их девочке чуть больше самостоятельности, ведь иначе она не сможет запомнить расположение предметов в доме. Но стоило ему подумать о том, как она может по пути запнуться за что-то и упасть, как все правильные мысли испарялись и на первый план выходила забота.

Вера поглядела на тонкую струйку голубоватого тумана. Она очень быстро поняла, что это протянутая в ее сторону рука. Ощущая легкое волнение и любопытство, вытянула свою руку и осторожно коснулась тумана. Пальцы наткнулись на теплую кожу. Пусть она и готовилась, но все равно слегка вздрогнула.

Уоррен опустил взгляд. На самом деле он протянул руку машинально, на короткий миг забыв о слепоте Давьерры. Поэтому сейчас, почувствовав тепло чужой ладони, очень удивился.

– Как тебе это удалось? – спросил он, вскинув голову.

– Когда человек перемещается, воздух вокруг него приходит в движение, создавая легкий ветер. Если внимательно следить за этим, то можно кое-что понять, – объяснила она, не став упоминать о том, что произошло на самом деле.

Уоррен принял такое объяснение, удивившись тому, каким чувствительным становится человек, потерявший зрение.

Когда они спустились в обеденный зал, Вера на короткий миг застыла. В комнате она увидела еще два тумана разного цвета. Один из них был золотисто-зеленым, плотным и искрящимся. А другое марево оказалось просто белым, без каких-либо искр.

Золотой сидел, а белый передвигался по комнате. Несложно было понять, что золото принадлежало ее деду, который сейчас сидел во главе стола, а белый цвет – матери, накрывающей на стол.

Через неделю, когда туман приобрел более совершенную форму, она решила рассказать все деду. У нее были догадки, что это такое может быть, но ей хотелось посоветоваться.

Когда Иагон услышал слова Давьерры, то на короткий миг застыл пораженный. Он не мог поверить в то, что слышал.