Следствием установлено

И Зорькина не вытерпела, спросила:

– Почему вы прошлый раз спрашивали меня о моряке?"

"Антон словно ждал этого вопроса. Сейчас, после показаний Гаврилова, у него в руках был крупный козырь, но из осторожности он не стал раскрывать карты и ответил вопросом:

– Почему прошлый раз вы скрыли, что у вас был знакомый моряк?

– Это допрос? – Зорькина настороженно взглянула на Антона, но тут же лукаво-насмешливо улыбнулась и посмотрела на звездное небо. – Шикарное название для детективного рассказа… «Допрос под звездами». Не правда ли?

– Увлекаетесь детективами?

– Нет. Ими у нас ребята увлекаются. А мы больше про любовь читаем. Толстого, Мопассана, Флобера…

– Классическая любовь, судя по авторам.

– Современные писатели скучно о любви пишут. Вот разве только… который «Алкины песни» написал. Скажите… вы верите в настоящую любовь?

Антон засмеялся и подумал: «Почему она сменила тему?»

Зорькина продолжала смотреть на озеро.

– Я вполне серьезно. Вы должны знать это. Наверняка, в институте изучали преступления, совершенные на любовной почве. Так это у юристов называется? К тому же в городе жили, там народу больше.

– В городе я только учился, а жил в Березовке, – Антон показал на озеро: – Вон на той стороне, за островом.

– Ваша фамилия Бирюков? – она всем корпусом повернулась к Антону. – Фу ты, господи! Вы ж на своего отца, как две капли воды, похожи. Мы с ним на областное совещание недавно ездили. В президиуме рядом сидели, – и засмеялась. – А я – то считала тебя, вроде Кайрова, издалека залетевшим в наши края.

– У вас тут все Кайрова знают? – спросил Антон, отметив, как Зорькина легко перешла на «ты».

– Он же давно в милиции работает. Одно время ухаживать за мной пытался. Духи дарил. Сказал, французские, за десять пятьдесят. Красивый такой флакончик, маленький. Жалко мне стало его денег. Духи с благодарностью вернула, показала на Витьку Столбова и говорю: «Этот парень французских духов не дарит, но из ревности усы, даже и милицейские, подпортить может». Терпеть не могу усатых кавалеров. Вот когда у стариков усы или борода, приятно посмотреть, а пижонских усиков не терпит моя душа, что хочешь с ней делай. Как увижу молодого усача, так и хочется шпильку запустить.

«Вот откуда «невезучесть» Столбова с Кайровым началась», – подумал Антон и засмеялся.

– Так мы земляки, оказывается, – опять сказала Зорькина, помолчала и вдруг заявила: – Был у меня знакомый моряк.

– Я знаю, – Антон решил, что пришла пора открыть карты. – Иннокентий Иванович Гаврилов, ваш дядя, все рассказал. За исключением… Почему оборвалась ваша дружба с Георгием?

Зорькина долго молчала. Антон чувствовал рядом ее плечо, казалось, даже слышал дыхание, видел ладони, обхватившие коленки.