Следствием установлено

Но она не засмеялась, оглядела насторожившихся птичниц и удивленно приподняла подведенные брови:

– Что это за вопрос?

– Он касается вашего бывшего жениха.

– Столбова?

– Нет.

– Не иначе, вашей маме невестка потребовалась?

– Я вполне серьезно, – как можно строже проговорил Антон, чувствуя, что краснеет от смущения.

– Слышите, девчонки! – Зорькина обернулась к птичницам. – Товарищ из уголовного розыска вполне серьезно интересуется моим женихом. О котором ему рассказать? Подтвердите, что с уголовниками я не дружу.

Птичницы прыснули так заразительно, что Антон совсем смутился, поправил и без того ровно надетую фуражку и неожиданно для себя тоже расхохотался. Зорькина смеялась звонче всех. Трудно было поверить, что это она вчера вечером изливала грусть в песне о старом причале.

– У меня, честное слово, женихов косой десяток. Который из них вас интересует?

– Моряк, – напрямую сказал Антон.

– А летчики, танкисты не интересуют? – как ни в чем не бывало спросила Зорькина.

– К сожалению, нет. Только моряк меня интересует."

"– А у меня, к сожалению… – Зорькина притворно вздохнула. – Из моряков никого не было. Из других родов войск были, а из моряков нет, – она опять чуть не прыснула, но сдержалась. – Может, вы Витьку Столбова имеете в виду? Он отлично плавает, и ныряет тоже. Только Витьку у меня уж который год пошел, как отбила Ниночка Бровцева, – Зорькина погрозила наманикюренным пальцем маленькой плотной птичнице: – У-у, разлучница! – И все-таки засмеялась – естественно, звонко, словно ей было очень-преочень весело.

Антон не знал, как продолжить разговор.

– Мне сказали… – неуверенно начал он.

– Соврали вам, товарищ из уголовного розыска, соврали! У нас же деревня. Здесь из мухи слона делают, а потом слоновую кость продают. Честное слово!

– А если по-серьезному говорить?

– Одинаково получается.

– В самом деле?

– Нет, немножко в стороне.

Настороженно слушающие разговор птичницы опять засмеялись. Ссылаться на Чернышева было преждевременно, и Антон развел руками:

– В таком случае, извините. Все ясно.

– Пожалуйста, – Зорькина смело глянула Антону в глаза. – С умным человеком приятно и поговорить. Сразу все ясным становится. Только вы на меня не сердитесь, ради бога, что так быстро разговор кончился. Тут такие женихи подкатываются, умереть можно.

– До свидания, – сухо произнес Антон.

– Счастливо, – небрежно бросила Зорькина, отвела ладонью со лба завиток волос, улыбнулась. – Вы, чем интересоваться бывшими женихами, приходите лучше сегодня вечером в клуб. У нас девчонок полно, а ребят не хватает.

– А что?… – вдруг осмелел Антон. – Возьму и приду!

– Ловлю на слове!

Зорькина по-мальчишески протянула руку, словно заключая пари.