Следствием установлено

Только не затем, чтобы посоветоваться, покупать или не покупать ворованное шмутье, а предупредить Игоря Владимировича, чтобы он не связывался с Моховым. Когда намекнул ему о часиках, он засмеялся и сказал, что это всего-навсего фантазия Мохова. А вчера вот телефонный звоночек Айрапетова ко мне подтвердил Павлушины слова. Ой, влипли ребятки, ой, влипли…

– Жить только по-человечески начали…

– Не надо об моей жизни говорить! – почти выкрикнул Остроумов и так стиснул зубы, что на скулах вздулись крупные желваки.

Оформив протокол допроса, Антон вызвал конвойного. Остроумов ушел, низко опустив голову и заложив за спину руки. Антон прошелся по кабинету, снова сел на свое место и проговорил:

– Вот вам и Айрапетов…

– Не спеши с выводами, – спокойно сказал Стуков.

– Считаете, невиновный выложит ни за что, ни про что такую сумму денег?

– Это, Антоша, еще надо доказать, что Айрапетов давал Остроумову деньги. Не забывай, что этому рецидивисту-неудачнику безоговорочно верить нельзя…

20. Очная ставка

Светлана Березова вошла в кабинет решительно. Лоб ее был забинтован, и повязка насколько возможно прикрывалась волосами.

– Не досмотрели, Света, мы за вами, – словно извиняясь, сказал Антон, показывая на повязку.

– Ничего страшного не произошло, – отмахнулась Березова. – Сама виновата: слишком задумалась и очнулась только тогда, когда сумочку из рук рванули. Кстати, один из хулиганов вместе со мной лбом по асфальту проехал.

– Не запомнили его в лицо?

– В лицо нет. Длинный, возраст – лет тринадцать.

По всей вероятности, Генкой звать. Когда я за ним бросилась вдогонку, один из мальчишек крикнул: «Рви, Генка!»

Вспомнив разговорчивую соседку Айрапетова Веру Павловну и ее «неизвестно в кого уродившегося» внука, Антон переглянулся со Степаном Степановичем и опять спросил Березову:

– Как себя чувствуете? Голова сильно болит?

– Ни капельки! И вообще, наделали много шума из ничего, – с обычным своим темпераментом заговорила Светлана. – Это все тот врач из «Скорой помощи»! То ему показалось, что у меня ушиб мозга, то сотрясение… Как будто мой мозг на честном слове держится. Чуть в психобольницу не упек. Идиотизм какой-то… Вы тоже решили проверить, не рехнулась ли я?

– У нас, Света, другие заботы, нежели у врачей, – Антон заботливо усадил Березову возле стола. – Помогите нам уговорить Костырева, чтобы он рассказал содержание того письма, конверт которого вы нашли у него дома. Федора сейчас приведут.

– Я увижу Федю? Прямо сейчас? Антон кивнул головой, сказал:

– Надо убедить его, чтобы не брал на себя чужую вину. Согласны помочь нам в этом?

– Вы еще спрашиваете!

Антон поглядел на Голубева. Слава вышел из кабинета. Поднялся и Степан Степанович.

– Проведаю Веру Павловну, – намекнул он Антону.