След предателя

Генерал-полковник Цейтлер пообещал принести на совещание доработанную карту, с учетом последних данных, с участками, которые более всего подверглись нападению русских.

Поэтому лучше всего встретиться с генерал-фельдмаршалом Манштейном сразу после завтрака, когда у фюрера будет достаточно сил для предстоящего спора.

Гитлер уже допивал вторую чашку кофе, когда в кабинет, негромко постучавшись, вошел адъютант по вопросам Военно-морского флота контр-адмирал Путкаммер. Фюрер невольно поморщился: как он мог позабыть, ведь именно сегодня Путкаммер должен докладывать о приговорах военных судов, это было одной из обязанностей адъютанта.

Сразу после отступления на Восточном фронте Адольф Гитлер распорядился отдавать под суд офицеров, уличенных в пораженческих настроениях и которые вынуждены были оставить свои позиции в связи с безнадежностью положения. А таковых в последние недели набралось немало, и контр-адмирал приносил на подпись фюреру такие приговоры практически ежедневно.

Сначала приговоры военных судов представлялись Вильгельму Кейтелю, как начальнику Верховного командования Вермахта, который, не особенно вникая в суть дела, отделывался формальным заключением и передавал их военной адъюнктуре Гитлера для утверждения. Каждый из осужденных втайне надеялся на помилование, но Верховный главнокомандующий утверждал приговоры, даже не всегда пролистывая папки.

Рейхсканцлер отодвинул чашку с недопитым кофе и, глянув на стопку папок, что держал в руках контр-адмирал Путкаммер, хмуро поинтересовался:

— Сколько на этот раз?

— Двенадцать офицеров.

— Двенадцать офицеров, — мрачно повторил Гитлер. — Кто бы мог подумать еще два года назад, в сорок первом! Каждый из них рвался на фронт! Хотел покрыть себя неувядаемой славой. А теперь они бояться поражения… И от кого? От славян, которые созданы Богом для того, чтобы быть рабами! Офицеры совершенно не чувствуют своей вины?

— Трое из них бежали с поля боя, когда линию обороны прорвали русские танки. Остальные были уличены в пораженческих разговорах и открыто говорили о том, что Германии не победить русских. Но все не так просто, мой фюрер, четверо из офицеров имеют Рыцарские кресты и не однажды проявляли мужество и храбрость в боях, показывая пример воинской доблести своим солдатам.

— Что же с ними такое произошло, если они вдруг сделались трусами? — апатично поинтересовался Гитлер.

— Все четверо утверждали, что война будет проиграна, но они до конца выполнят свой долг перед Германией и не изменят присяге, данной фюреру и Третьему рейху.

— Кто они по званию?

— Три капитана и полковник, командир полка.

Обычно Гитлер довольствовался коротким докладом и, не заглядывая в документацию, подписывал приговоры.