След пираньи

 – Уже не понимаю, сплю или вокруг реальность. Трупы, бег без памяти, коллеги предают…

– Он тебе, кстати, дома сможет напакостить? – спросил Мазур.

– Да уж наверняка попытается. А я-то, дура, ломала голову, зачем мне дали дублирующий канал для подачи отчета…

– В обход Маллисона?

– Ага.

– Кто-то у вас умный сидит, – сказал Мазур. – Предусмотрел неожиданности. А то и знал. Мы ж с тобой и понятия не имеем, кто еще в эти игры впутан…

«И не обсуждаем все возможные варианты», – мысленно добавил он. Он не удивился бы, окажись потом, что Глаголев использовал их группу в качестве приманки, а тем временем другие хваткие ребята без лишнего шума изымали из каких-то далеких сейфов еще один комплект кассет, пока за Мазуром с Джен, высунув язык, гоняются натасканные гончие. И даже не возмущался бы ничуть – у войны свои законы…

– И все равно, противно, – пожаловалась она. – Я же его пять лет знаю, он меня и вербовал в колледже…

– Бывает, – сказал Мазур. – Думаешь, мне не обидно? Прослужить двадцать пять лет – а потом, едва пало подозрение, на тебя начинают орать последним матом твои же старые сослуживцы…

– Когда это?

– А, ерунда, – спохватился он. – Был такой поганый эпизод… В общем, зеркальная война. Как справедливо… Стоп!

Он остановил машину, свернув к самым елям, – так, что по крыше кабины и тенту заскребли густые ветви, выключил мотор и фары. Покрутил ручку, опустив донизу стекло со своей стороны.

– Что такое?

– Тихо. Прислушайся.

Скоро никаких сомнений не осталось – высоко над головой в темном небе прошел вертолетный гул, Мазур высунул голову в окно, но проблескового огня не увидел.

– Туда летит? – спросила Джен.

– Очень похоже, – сказал он. – Видимо, пронеслись вперед по дороге, не нашли нас, и у кого-то забрезжили идеи. Ничего, ты представь, как они там пытаются хоть что-то вызнать…

Он включил приемник. Хрипели далекие неразборчивые переговоры, эфир был забит болтовней, как консервная банка селедками, – ну разумеется, поблизости город с его радиофицированными службами, аэропорт…

– Я – «Амыл-четыре», – вдруг выхватила автонастройка четкую и внятную реплику, произнесенную так громко, словно радист сидел у них на крыше. – Снижаюсь на «точке», попробую осмотреться, прием.

– «Амыл-четыре», разрешаю. Соблюдать предельную осторожность, не раскрываться. Полная конспирация, Амыл, вокруг не продохнуть от конкурентов…

– Это еще кто на нашу голову?! – проворчал Мазур. – Видеоманы, мля…

Глава двадцать восьмая

Терема"

"На что-то еще надеясь, он то притаптывал педаль газа, то пробовал снижать передачу. Напрасно, мотор чихал все чаще, на миг становясь мертвым слитком железа, машина дергалась, как кот, которого помимо его желания волокут куда-то за хвост. И заглохла окончательно.