Янтарный след

– Подскажи, что нам делать? Ждать ли зла от здешних викингов? Или стоит заплатить им выкуп и пройти дальше на юг?

– Олав конунг в Хольмгарде очень недоволен тем, что они здесь сидят. На днях он выслал войско во главе со своим верным ярлом – его зовут Свенельд сын Альмунда. Обрати внимание на этого человека – именно он несколько раз ездил в Меренланд за данью, и ему же, скорее всего, Олав поручит сделать это снова.

– Да, он лучше всех знает дорогу в Силверволл. Постарайся подружиться с ним, если сможешь, это тебе очень пригодится. Свенельд ведет войско вниз по Волхову и будет здесь уже через день-два.

– Значит, нам стоит остаться и дождаться его?

– Не думаю. Если вы останетесь, вам придется стать, самое меньшее, свидетелями битвы, а если не повезет, то и участниками. Ваши корабли и товары могут пострадать. Я бы не советовал, – Хравн Черный снова подался к Снефрид, взял ее руку и зашептал ей в самое ухо, – давать случай нашей сестре Скульд себя проявить… Ну, ты понимаешь.

Снефрид застыла: ее пробирала дрожь от его близости и в то же время испуг от смысла его слов. Она понимала, о да! Отлично ей помнилось зрелище прекрасной прапрабабки – сверкающие серебряные глаза, копье в руке… В чью грудь она по приказу Владыки Ратей направит это копье? Если в Бёдвара – то и пусть. А если в Хлёдвира? Асварда? Или незнакомого ей Свенельда – этот человек очень ей пригодится для поисков Ульвара, этот намек Снефрид поняла.

– Что же нам делать?

– Я бы вам посоветовал заплатить этот выкуп и как можно скорее убраться из Альдейгьи на юг. Вы избежите участия в битве и подозрения, что вы с викингами заодно. А дальше… ты увидишь, что будет.

– Ты не расскажешь мне? – Снефрид снова услышала в его словах намек на тайну, но эта тайна не спешила раскрыть объятия ее пытливому разуму.

– Я не знаю, – просто и искренне ответил Хравн Черный. – Я ведь не норна, мне будущее неведомо.

А кому ведомо, мысленно спросила Снефрид? Не иначе как той самой Скульд – богине того, что еще не проявлено и слагается из множества выборов, которые многими и многими делаются каждый миг. Но именно с нею Снефрид меньше всего хотела бы столкнуться.

– Одно скажу: держи жезл вёльвы все время при себе, – добавил Хравн Черный. Помолчал и предложил уже другим голосом, более мягким и завлекающим: – Хочешь, я останусь с тобой на ночь? Со мной ты забудешь все тревоги.

– О… нет! – Это предложение вовсе не успокоило Снефрид. Борясь со смятением, она засмеялась. – Ведь я теперь знаю, что ты… мне все равно что прадедушка…

– И что за важность? – легко ответил Хравн Черный. – У нас это не имеет никакого значения.

«У нас» – это, надо думать, у альвов. Но Снефрид не чувствовала себя альвом в достаточной степени, чтобы пренебречь людскими обычаями.

– Ну хорошо.