След бури

Коновязь «Одноглазой вороны», несмотря на вечерний час, оказалась пуста. Хальвдан оставил у дверей пару крепких молодцов, ещё двоих отправил на задний двор, а сам вошёл внутрь, прихватив с собой вчерашних спутников.

Зархана сидела за одним из столиков харчевни и тоскливо смотрела в стену, уперевшись подбородком в ладонь. Другой рукой с зажатой в ней тряпкой она вяло возила по столу. В тёмном углу сидел одинокий посетитель и шумно, так, что сводило скулы, хлебал какую-то жижу. Судя по запаху, щи с кислой капустой.

Хальвдан тихо присел рядом с хозяйкой и посмотрел ей в глаза. Зархана вздрогнула и швырнула тряпку на стол.

— Тьфу на тебя, воевода! — произнесла она с едва заметным ариванским говором. — Мало того, что всех посетителей мне распугал, так ещё и ходишь тут, как привидение! И не устал ведь. Алмара н`га тури л`асха[1]…

— Нет, не устал, — покачал головой Хальвдан, внимательно вглядываясь в лицо хозяйки, что тут же зарделось ярким румянцем. — Да и шлюхи твои пусть отдохнут хоть один вечер. Думаю вот, хватит сказки твои слушать, пора пойти самому всё посмотреть.

Зархана и бровью не повела — только сглотнула тихо, словно у неё в горле пересохло. Затем взяла со стола тряпку и махнула ей безразлично.

— Коли хотите смотреть, так и смотрите. Только ничего не найдёте. Нечего мне скрывать! А что люди болтают — то на их совести.

С людей за их болтовню не спросишь — это верно. А вот сама Зархана могла хорошо поплатиться за укрывание арияш. Лучшее, что ей грозит — это высылка из Кирията. А уж опустевшее место хозяйки постоялого двора скоро займёт кто-нибудь другой. Тут в желающих заработать денег отбоя нет. Дай только местечко потеплее.

И потому уверенность Зарханы в своей правоте кого-то и могла бы убедить в том, что она невиновна. Только, как говорится, доверяй, но проверяй. Хальвдан подозвал стражников и пошёл в полутёмный коридор, из которого доносились отзвуки разговоров поварих.

Они прошли до задней двери, попутно заглядывая в каждую попавшуюся на пути каморку. Под лестницей вспугнули притаившуюся там парочку. Девчонка отпрянула от рыжего, широкоплечего молодчика и прикрыла губы краем накинутого на плечи платка, пряча глаза. Хальвдан лишь смерил её взглядом.

Все углы двора были забиты мешками с зерном или грубо сколоченными ящиками с овощами. А то и вовсе непонятным тряпьём или хламом. Стражники бранились, во мраке стукаясь лбами о низкие притолоки или спотыкаясь. Но ничего, что говорило бы о присутствии арияш, не находилось. Комнаты, где останавливались постояльцы, оказывались либо пусты, либо по случаю промозглого вечера в них уже были люди. С виду — совершенно обычные путники. Они опасливо открывали двери и пропускали внутрь, терпеливо отвечали на вопросы и провожали удивлёнными взглядами.