Сладостное заточение

В то время как другие отцы брали своих сыновей на футбольные матчи, мой таскал меня в сомнительные клубы и заброшенные здания, чтобы встретиться с нашими поставщиками. Вместо того, чтобы играть в видеоигры, как мои друзья, я учился стрелять. Пока другие мальчики моего возраста листали порножурналы, я сидел с отцом в нашем бухгалтерском офисе, обучаясь отмыванию денег. Каждый раз, когда происходила крупная сделка, мой отец брал меня с собой, чтобы я стал свидетелем этого деяния. Несмотря на то, что мой отец был бостонским доном, меня не баловали, как сыновей других привилегированных членов Семьи. Наша кровь определенно не была голубой."

"Мой отец начинал как простой рабочий, трудившийся на одном из складов Коза Ностры. И провел два десятилетия, поднимаясь по карьерной лестнице, пока не стал заместителем босса. Затем, восемь лет назад, он взял на себя руководство Бостонской семьей. Отец считал, что только тот, кто прошел все ступени лестницы Коза Ностры, может стать хорошим лидером. Потому что только тот, кто лично знаком с тяжелым положением солдат, будет действовать в интересах каждого члена La Famiglia, а не только высших чинов. А поскольку он хотел, чтобы я сменил его на посту дона, это означало, что я тоже должен был пройти через все это.

Так я и поступил. Собирал деньги с тех, кто был нам должен. И выбивал дерьмо из тех, кто не мог заплатить. Я даже не могу сосчитать, сколько раз я возвращался домой с пятнами крови на одежде после того, как воочию наблюдал, как вершится правосудие Cosa Nostra. Я сопровождал пехотинцев в их обходах по району или отправлялся с ними на возмездие другим преступным организациям. Я проводил больше дней в баре на набережной с мускулами организации, играя в покер и выпивая, чем вечеров со своими школьными друзьями. Я не пошел на выпускной бал, потому что провел ночь, растянувшись на деревянной скамье в задней комнате казино, пока врач извлекал пулю из моего бедра после того, как сделка с наркотиками пошла наперекосяк. Довольно насыщенная острыми ощущениями жизнь для подростка. И мне это нравилось.

Я никогда не переживал из-за своего потерянного детства, потому что знал, что меня готовят к тому, чтобы я возглавил Семью, когда придет время. Но это время пришло слишком рано. Мне едва исполнилось восемнадцать, когда умер мой отец. На десять лет раньше, чем кто-либо мог даже рассмотреть меня на эту роль. Я был молодым щенком среди опытных собак. А этих сук нельзя было научить никаким новым трюкам.

На быстро собравшемся собрании семьи Нунцио Веронезе был избран следующим доном. Это был неожиданный поворот событий. Пока этого не произошло, я был уверен, что это будет Батиста Леоне. Старше. Более опытный. Заместитель моего отца.