Сладкий подарок для императора Теней

— Я имею в виду, что, наверное, у такого, как ты, должна быть подруга. Такая, что ждет и скучает. Разве может могущественный мужчина быть совсем один?

Теперь Феррис мог бы отзеркалить ее жест, но сдержался.

— У меня есть древняя служанка. Из лампы, сотворенной в одном из окраинных миров еще до того, как Тьма и Свет разделилась на две половины. Она заправляет домом и, наверняка, обратит внимание, если меня не будет слишком долго. Но вряд ли станет скучать. Марибуршшшишь всегда найдет, чем заняться.

Бекки оттаивала. Она разглядывала его как-то по-новому. И вопросов в ее голове, очевидно, только прибавлялось.

— А как ты выглядишь на самом деле? Какая внешность у вас считается нормальной, а какая — приятной? Этот фактор на что-то влияет или вы просто принимаете любую удобную форму?

На этот раз император не смутился. Он вспомнил, как Дафна при первом его выходе сообщила всем, что демон мог принять какой угодно вид, чтобы воздействовать на слабые женснкие сердца. Букашечка, разумеется, не имела представления ни о нем, ни о мирах, которыми он правил."

"— Это мое нормальное лицо — вне трансформаций, вызванных магией. Там ты бы заметила изменения, связанные со стихией, к которой я обращаюсь, — то есть огня или льда. Например, в последнем случае на коже появляется иней, а вокруг пальцев — синее свечение. Еще каждый, кто обретает длинную жизнь, добавляют себе черты сильных магических рас. Так, я больше похож на демона, а Михаэль — на тигра. Но в целом и меня, и его обычно находят привлекательным. У нас считается, что чем ты сильнее, тем больше твой характер отражается на облике.

Бекки не надо было напрягаться, чтобы вспомнить его акульи зубы или огненную тиару над головой, когда они проваливались за пределы Аламеньи.

— Давно вы дружите?

Феррису не уточнял, о ком речь. Про себя отметил, что общение с ней давалось чрезвычайно легко. Да, он отвык долго пользовался голосовыми связками, но в остальном это было так увлекательно. Делиться информацией и воспоминаниями с ней — это как если бы он кормил ее сладостями. Лицо Бекки становилось умиротворенным и вместе с тем предвкушающим.

Император знал еще одно занятие, которое понравится ей не меньше. Но раз девушка настроена поговорить, то разве возразишь...

— Вечность, не меньше. Мы оба родились в одном из светлых миров, где магия считалась за диковинку. Почти как у вас, но все же ее запасы превосходили ваши. Я приютский, своих родителей не знал. Михаэль, наоборот, из состоятельной семьи. Мальчишкой я часто дразнил его и даже колотил, если он проходил через мой переулок. А маленький засранец делал это часто, пытаясь доказать себе, что не боится.

Бекки трогательно наморщила лоб:

— Как же из этого вырасти дружбе? У мальчиков все иначе.